Они сказали мне, что поговорили с остальными о смене старшей. Я слышала, что они задумали поменять старшую, но не ожидала, что новая кандидатура — я.
— Мы хотим попробовать вас.
— Но мне не нужна эта «должность».
— Но нам это нужно.
— Хорошо, — соглашаюсь я — если вся камера захочет.
Я не знаю, по каким критериям человека не из криминального мира, не выражающегося тюремным жаргоном и нецензурной речью, решили выбрать старшей в камере из сорока человек, представляющих десять наций, десять стран. Точно так же, как я не знала, почему меня до этого назначали на государственные должности — выше и выше…
Собрание должно было состояться следующим вечером, но старшая и ее группа поддержки сорвали собрание, почуяв неладное.
Вскоре одна из активисток уехала отбывать свой срок в один из лагерей. Все осталось по-прежнему, но я поняла, что я выживу и не пропаду и в этом мире.
