Теория и практика не всегда дружат. Работа нравилась и увлекала меня. Из Риги мне привезли учебник слесаря-ремонтника, и по вечерам изучал эту новую для меня книгу. По мере изучения материала книги стал понимать, что многие каноны и заповеди слесарного дела мы на практике не выполняем. Я поделился этими соображениями с Иваном Смирновым, на что он мне ответил: «Если бы мы все делали по технологиям и учебникам, мы бы не заработали и на кусок хлеба».
Во многом он был прав. Это одно из самых серьезных упущений социалистической экономики – отсутствие правильной системы стимулирования труда и системы контроля качества. В погоне за объёмами, массой и соответственно заработной платой допускались грубейшие нарушения технологических требований в производстве. Результат – повсеместно брак. На бытовом уровне брак был просто «нормой», но в машиностроении это часто оборачивалось тем, что новое оборудование, автомашины, трактора, перед эксплуатацией перетягивали, а отдельные узлы перебирали и приспосабливали к нуждам производства.
Есть у механиков такое понятие как график ППР – планово-предупредительных работ. Специфика слесарей-ремонтников такова, что в выходные и праздничные дни приходится работать. В эти дни доступ к станкам и оборудованию неограничен.
Платили нам за выходные в двойном размере, плюс сверхурочные и плюс добрые слова рабочих. После работы вечерами мы выходили «прошвырнуться» по городу.
Папироса в зубах, костюм, галстук, шляпа. Это был ритуал.
Летом в парке на берегу Венты танцы под духовой оркестр. Там же встречались с друзьями, обменивались городскими новостями и событиями. Многие рассказывали о своих амурных похождениях, эмоционально разрисовывая и приукрашивая их.
Я в этих разговорах не участвовал. Мне тогда нравилась медсестричка медпункта завода Вия. Держал я это свое «нравилось» глубоко в себе. Как ни старался я разными способами привлечь её внимание к своей особе, она никак не реагировала. При любой возможности, я забегал в медпункт завода, якобы к маме, заговаривал о чём-то с ней. Это было первое взрослое чувство. За Вией ухаживал электрик из нашей братии ремонтников и, как помнится, вскоре они поженились, а ещё долго переживал.
Это была первая влюбленность.
Наступила зима, моя последняя зима в Кулдиге. Перед Новым годом ко мне на улице подошла мама: «Сын! На
Новый год приходи домой! Мы тебя ждём!»
«А Николай?»
«Он изменился, стал другим».
«Хорошо, я приду!»
31 декабря мы с моим другом Сашкой пошли в лес за ёлкой. Это было нашей давней традицией. Зимний лес! Сугробы! Вековые ели, запорошенные утренним снегопадом! Зимняя сказка. Процесс выбора новогодней ёлки был тщательным и долгим и, наконец, вот она, твоя ёлка, двухметровая, стройная и пушистая стоит на опушке, давно ожидая тебя! Аккуратно поджимаю еловые лапы к стволу, обвязываю, срубаю, укладываю на салазки. Потом Сашка находит свою ёлку, тот же «процесс» и вот две ёлки на санях начинают путь к дому. К обеду ёлка уже стоит в доме. Бабушка уже достала коробку с новогодними игрушками, аккуратно разложенными с прошлого Нового года. Все игрушки я знаю наперечёт! Помню те послевоенные ёлочные игрушки, исполненные с удивительной идентичностью: позолоченные орешки, шишки, звездочки и даже игрушечный Кремль, который мы всегда вместе с Дедом Морозом, устанавливали под ёлочку. Верхушку ели украшала яркая пятиконечная звезда, на ёлочные лапы крепили в подсвечниках цветные новогодние свечи. Многие игрушки мы с бабушкой делали сами. Новогодние конфеты делали из кускового сахара. Его заворачивали в разноцветную фольгу, затем кончики фольги надрезали и получались они яркими и пушистыми. Райские яблочки, которые хранили с осени,
И, конечно же, мандарины, которые привозились из Риги, – неотъемлемая часть новогодних подарков тех времен. Бабушка к праздникам пекла пироги, варила холодец и готовила всякие «вкусности»! Накрывался праздничный стол! Стол был огромный прямоугольный. Он достался он нам от хозяев дома господ Страутманисов, так их называла бабушка. Отец Гундара был директором Кулдигского банка. Высокий, сухощавый, при ходьбе сутулился, ходил всегда с портфелем в руках. Портфель был рыжий с двумя замками. Походка плывущая. Молчаливый. Таким я его запомнил.