Медленно, словно танцуя, с ветки прямо на дорожку перед ним упал осенний листок. Он был неправильной формы, подсохшим с одного края и всё-ещё зеленым с другого, покрытый каким-то шишками и пятнами. Несовершенный… Невольно этот листок приковал его взгляд к себе. Да… Все в этом мире не смотря на схожесть не идентично. Нет во всем парке, даже во всем Лондоне, а может и во всем мире второго такого же листка с его замысловатыми узорами. Вздохнув, он подумал, что это скорее он сам — статист в этом огромном мире, для всех этих людей. Это он своей жизнью создаёт им антураж, развлекает и стирается из памяти, как только гаснет экран или падает занавес, словно этот листок у его ног. Через несколько минут, и того больше — часов, он и не вспомнит, как выглядит этот умирающий привет лета. Хотелось вскочить со скамьи и закричать во всю силу легких, о том, что вот он — живой, настоящий! Что он — есть!
Пожевав губами, Томас подумал о том, что Крис прав. Невозможно больше отставлять самого себя на второй план. Невозможно оставаться в тени самого себя. Нужно двигаться к цели, ведь на пятки наступают молодые, талантливые актеры. В «Раундхаусе», на сцене он видел их жадные, голодные глаза. То, как они смотрят на него с завистью и вызовом, с усмешкой и азартом. А Зави… Зави… Если она не понимает его причин, не слышит его аргументы… Значит лучше будет поставить точку, хоть это будет нелегко. И не мучать её пустыми надеждами.
====== Часть 35 ======
«Всё, я в Москве! Я надеюсь, что не задержусь. Ты точно справишься?»
«Конечно. Нат, ничего страшного с Баки не случится, обещаю.»
«Ладно.»
«Я сейчас лежу на твоей кровати. Знаешь, о чем я думаю? »
«Даже примерно не догадываюсь. О миндальном печеньи?»
«Я что, на столько предсказуем?»
«Нет, просто ты ешь его пачками — покупать не успеваю. Надеюсь, ты не вытрешь руку о занавеску после того, как полежишь на моей кровати? Все, Том, до связи! Целую!»
«Ммм… Вот ты, конечно, зараза. Окей, занавески не трогаю… Я запомню, вернешься — обязательно поцелуешь!»
Задержав взгляд на экране смартфона, Натали улыбнулась. Мысль о том, что где-то далеко, в Англии её возвращения ждёт приятный мужчина, заставляла ее сердце учащённо биться. Никогда ещё два дня не казались ей таким огромным промежутком времени, практически сравнимым с вечностью. Глубоко вздохнув, она тряхнула головой, отгоняя от себя мысли.
Аэропорт Шереметьево встретил её мелким моросящим дождем. Гул огромного терминала поразил её, словно она не улетала отсюда три месяца назад. Люди с сумками, чемоданчиками, рюкзаками, переносками сплошным потоком шли ей на встречу, шли рядом с ней о чем-то разговаривая. Родная речь звучала одновременно и лаская слух и вызывая смешанные чувства. Гул голосов поднимался вверх, растворяясь, к невероятно высокому своду, где по металлическим перекрытиям тянулись гофрированные трубы вентиляции, толстые фидеры и страшноватые змеи кабелей. Натали ощутила охватившее её волнение, вслушиваясь в знакомые слова и интонации. Каких-то три месяца в Англии заставили ее привыкать к родной речи, как некоторое время назад она привыкала к английской, вникая в слова и их значение. Было в этом нечто невероятное, какая-то невозможная магия.
Натали, неторопливо вышагивая по гранитному полу, думала об удивительной иронии — люди, не смотря на абсолютную идентичность, анатомическую и генетическую схожесть говорили теми же звуками, использовали те же буквы и артикуляции, но на совершенно разных языках. Разве это не удивительно? И не менее удивительно было то, что люди нашли способ коммуникации, способ выучить языки друг друга, чтобы связать мир в одно целое.
В квартире Ольги было как всегда уютно. Пахло выпечкой. Они сидели на кухне, на маленьких неудобных табуретках, грея замерзшие пальцы о кружки с чаем. Время на часах перевалило далеко за полночь.
— Наташка… Я так тебе рада, ты не представляешь.
— Я тоже по тебе скучала. Ты утром дома?
— Да, выходной в кои то веки совпал с календарным выходным.
— Отлично. Тогда съездим на дачу, я взгляну на машину?
— Нашла способ её переправить?
— Да… Но будет это дорого и долго. Хотя бы документы подготовлю.
Оля понимающе кивнула. Пожевав нижнюю губу, она пристально взглянула на подругу. Натали сидела, прислонившись спиной к стене, держа кружку с остывающим чаем в руках. Она заметно постройнела.
— Баки, значит, остался на своей исторической родине?
— Да, накладно тащить его сюда снова. Я не слишком хорошо разобралась с правилами провоза животных на территорию Великобритании, так что не стала рисковать.
— И с кем он там?
— Ну как ты думаешь?
Ольга сделала многозначительное лицо, словно всего-лишь ожидая от Натали подтверждения своих соображений. Та лишь кивнула. Подруга разразилась довольным смехом, хлопнув ладонью по поверхности стола.
— Вот номер, так номер… Не могу поверить. Нет, я, конечно, понимаю, что он такой же человек, как и все. Но поверить, что ты с ним так близко знакома… Я не могу.
