— Я тебя сейчас укушу! Ты опять за него додумываешь? Пусть уж сам как-нибудь. За одно и увидишь, настоящий он или папье-маше!
Натали усмехнулась словам подруги. Ольга, демонстративно зевнув, собрала посуду со стола в раковину.
— Ну вот даже если он маменькин сынок, вот что ты от этого потеряешь? Разбежитесь и всё. А если он окажется не таким уж и плохим? Сама же говоришь, что не знаешь где он настоящий. Так, а может он как достанет внутреннего мужика из закромов родины, как покажет тебе истинное лицо. И окажется, что он вполне себе съедобный, — держа в руках полотенце, осведомилась Ольга.
Выражение ее лица как всегда в ситуации, когда она чувствовала себя правой, не терпело пререканий. Натали оставалось только согласно кивнуть. Иногда, думать ее головой было довольно приятно.
— Если опять какая-нибудь хурма получится из этих отношений… Если их так назвать можно, то я тебя укушу. Клянусь! — фыркнула Натали, отправляясь в отведенную ей дальнюю комнату. Там, на скрипучем диване уже было расстелено спальное место. От белья приятно пахло.
====== Часть 36 ======
В доме было удивительно тихо. С некоторых пор Томас предпочитал проводить свое время в кампании Виндзора, словно избегая общения с ней. Буквально несколько часов назад детектив Таннер прислал ей небольшой отчет за неделю, в который приложил пару фотографий. Люк и Том, совершенно пьяные, за каким-то лешим оказались в Кале, буквально на несколько часов. Вечером того же дня оба вернулись в Лондон. Зави не стала задавать вопросы Тому. Устраивать очередное выяснение отношений ей не хотелось, памятуя о его словах.
Зави, пытаясь собраться с мыслями, прошлась по кабинету. Всё как-то резко пошло кувырком, за один месяц их отношения резко испортились. Что-то происходило, она это чувствовала всем своим естеством.
Входная дверь внизу хлопнула. Послышались шаги. Том вернулся с пробежки.
— Привет, дорогой, — нерешительно улыбнувшись, произнесла Зави, встретив его на лестнице.
— Привет, — едва коснувшись её щеки губами, отозвался Томас, спешно поднимаясь в душ. От него пахло потом и мокрой тканью. Рёбра практически не напоминали о себе, заживая на удивление быстро. Доктор Прэстон согласился ввести разумные нагрузки, разрешив бегать раз в три дня без подъёма и спуска в гору.
— На улице дождь?
— Да, моросит…— стягивая прилипшую к спине футболку, отозвался Томас. Зави скользнула взглядом по его спине, покрытой веснушками и родинками. На левом боку красовался отцветающий синяк, переливаясь всеми цветами радуги. Желто-зеленый ореол расползся, словно клякса по бумаге, внутри, словно бутон пиона красовался сине-фиолетовый с красными и коричневыми прожилками синяк. В целом, всё выглядело лучше, чем неделю назад.
Том, пока она размышляла над этим, скрылся в ванной. Через миг послышался звук льющейся воды. Зави, не шевелясь, смотрела на дверь.
—Том? — осторожно постучав, мягко спросила она. Тишина. Видимо, он её не слышит за шумом воды. Подумав, она скользнула за дверь. Пар от горячей воды поднимался над занавеской, оседая холодными капельками на зеркале, кране раковины и на линзах очков в темной оправе, лежащих на полке. В комнате трудно было дышать из-за большой влажности, казалось, горячий пар хватает её за горло, заставляя чаще дышать. Зави, наблюдая за силуэтом Тома за полупрозрачной шторкой, быстро скинула платье. Секунду поразмыслив, она скользнула к нему под тугие горячие струи воды.
Том слегка опешил, не ожидая, что она к нему присоединится. Зави, улыбнувшись, обвила его шею руками. Закрыв глаза, он вдохнул такой знакомый ему запах яблока от её волос. Она любила эти странные духи, напоминавшие ему об осеннем урожае в родительском саду. Под закрытыми веками вспыхнула безумно яркая картинка из далекого прошлого — огромная светлая кухня, большой грубоватый стол по середине. На нем стоит плетеная корзина, полная до верху яблок. Розовые, желтые, зеленоватые… На их восковых кожицах дрожат капельки утренней росы. Мать и старшая сестра в смешных передниках, тихо разговаривая, уже что-то варят на газовой плите. По кухне разносится этот самый запах… Осенних яблок. Жаркие губы Зави скользнули вниз по его телу. Уперевшись ладонью в стену, чувствуя, как по коже стекает горячая, приносящая расслабление, вода, он замер, погружаясь в ощущения. Слегка неумелые, рваные движения девушки вызвали в нём растущее возбуждение. Всё внутри с трепетом отозвалось на её ласки. Каким бы рассерженным он ни был, она всегда знала, как заставить его тело реагировать и желать её.
Схватив Зави за густую копну волос, он рывком поднял её с колен, так, словно она была безвольным котенком. Притянув к себе, жестко поцеловал, ощущая растущее возбуждение от её недоумения. Она казалась ему чужой, как никогда, посторонней и от того приятно притягательной. Зави попыталась вырваться, когда он вдруг силой развернул ее к себе спиной, всё ещё держа за гриву темных, промокших под водой волос. По её шоколадной коже стекали капельки. Том взглядом скользнул по изгибам тонкого, стройного и почти идеального женского тела.
