— Блять! — прикрикиваю я, по новой вскакивая с койки.Я совсем забыла с этими братьями, что мне нужно в 130 на витаминотерапию.Я опаздываю, как минимум на семь-восемь минут.Едва ли выскакиваю в коридор, как убираюсь обратно.В рот я имела всех сегодня! Ну я же молилась на то, чтобы не встретить его тут! Почему же, если мы должны встретиться, то только таким способом? Ненавижу этот мир!
Вот я уже, как пять минут стою за косяком двери, иногда выглядывая за него.Парень долго переговаривается с врачом, держа в руках больничную карту, по-видимому, своего брата.Ощущаю легкое прикосновение на своем плече, отчего резко вздрагиваю, оборачиваясь.
— Так, Аня, вас уже ждут на процедуре, почти десять минут! А вы все еще простаиваете тут, марш в процедурную! — очередная медсестра подталкивает меня вперед.Я упираюсь ногами в пол, что-то нашептывая себе под нос.Незборецкий все еще не заметил меня, что сильно радует.
Возможно, что если я пройду быстро, при этом распустив волосы, чтобы меня было сложно разглядеть, то своей опасности я миную.Ладно, даже если сейчас я продолжу сопротивляться этой немолодой медсестре, то его взгляд упадет на меня быстрее, чем я думаю.Поэтому уже через секунду, я уверенной походкой прохожу мимо него в самый конец коридора.
— То есть рецидив возмо… — единственное, что успеваю уловить из его уст.Дальше он протягивает «жен», но я быстро ухожу с того места, поэтому сложно, что-либо услышать, но то, что он протянул окончание, ведует мне о том, что он все-таки мог меня узнать.Я чувствовала его взгляд на себе.Ладони до сих пор влажные и уже не от того, что я люблю его, а из-за волнения того, что если я замечу его, то ненависть разыграется еще больше.
Захожу в кабинет, слыша за собой шаги.Неужели…?
— Так, молодой человек, — успевает схватить дверь врач, когда тот норовит зайти в кабинет. — Вам сюда нельзя, если вы не пациент, — доктор выталкивает его за дверь в то время, как я успеваю спрятаться за ширмой.Как же хорошо, что она не пустила его.Мне бы еще назад как-нибудь пробраться, но я думаю, что это не составит никакого труда, оставшийся день я просижу в палате, в которую изредка может зайти врач, дабы проверить или принести препараты.Но черт дери, он все-таки узнал меня, наверное.Хотя, если так, он бы окликнул меня или нет… В общем, я не хочу думать о нем, сейчас я хочу есть сладкие витаминки и чувствовать, как мне гоняют кровь по венам.В голове отдается пульсирующий стук сердца, мои руки лежат по швам, они утыканы множеством иголок и проводочками.
Спустя двадцать минут, я поднимаюсь с кушетки и дрожащими руками приоткрываю дверь.Бобер, выдыхай — никого.Озираясь по сторонам, я быстро прохожу в свою палату.Засыпаю неглубоким сном, погружаясь в пленящую дремоту.
В течение двух недель каждый мой день состоит из трех процедур, обеда и сна.Временами я еще учила конспекты, проекты, готовясь к сессии.Этот месяц стал для меня адом, самым настоящим.Но я, хотя бы, пошла на поправку и начала есть, понемногу, но начала.Тогда меня волновало только сдать экзамены, и я сдала.Боже, какой же радостной я выбегала из дверей Московского университета.Я сдала, я сдала все, к чему готовилась.Ура!
***
— Да, да, ма, я купила билеты, завтра в 7 поезд, — зажимаю телефон ухом к плечу, сама складываю некоторые вещи в скромный сиреневый чемодан.Расчищая нижнюю полку шкафа-купе, нахожу весьма странную вещь — сигареты «Winston».Я никогда не курила такие, откуда они взялись у меня в шкафу?
Я недовольно выдыхаю, открывая коробку и направляюсь к урной.Наверное, их кое-кто выронил, когда сидел у меня в шкафу больше двух месяцев назад.И внутри совсем не сигареты, а самые настоящие джоинты.Мне они точно не понадобятся, поэтому они прямой дорогой отправляются в мусорный бак.
— Папа заберет тебя с вокзала, напиши только, как будешь подъезжать, — я хмурюсь, продолжая складывать вещи на дно.
— Папа? Он вернулся из Штатов? — я недоверчиво расспрашиваю маму, на что она лишь усмехается мне в трубку. — Ма, я перезвоню, вторая линия, — скидываю вызов, отвечая Ване.
— Салют, как жизнь? — наконец, узнаю своего старого хорошего друга с звонким голосом. — Я слышал, ты уезжаешь?
— Привет, Вань.Да, обратно в Петербург, — кое-как мне удается застегнуть молнию на чемодане.Сминаю одежду сотый раз, чтобы наконец утрамбовать ее и закрыть сумку.Я заметила, что друг даже не спрашивает про нашего общего знакомого у меня.Он понимает, что лучше этого не делать, он не хочет возвращать меня в прошлое.Я тоже не хочу туда.
— На сколько? Когда? — его взволнованный голос заставляет меня прищурить глаза.Усаживаюсь на кровать с кружкой кофе и глубоко выдыхаю.
— Уже завтра, в семь вечера.Не знаю насколько, — делаю глоток кипяточного напитка и отставляю его на тумбочку.
— Черт, я приду проводить тебя!
— Без проблем, первая платформа, — я ухмыляюсь сама себе.Забавно думать, что Ваня так заботится обо мне.
— Заметано, увидимся!
