С рожей-то Майкл мог совладать. Кое-как, но мог. Мог заставить себя не пялиться на коленки… не пялиться!.. пялиться на чёрную бабочку под горлом! Мог?.. Мог! А вот спрятать торчащий член было некуда. Майкл держал лицо прямо и делал вид, что ничего не происходит. Отец Джеймса смотрел на него, слегка приподняв бровь.
Да, блять, обхохочешься.
Пухлогубая внучка О'Нейла заинтересованно улыбнулась Майклу и спросила, как у него дела. Майкл бы сейчас мог подробно рассказать, как они и где он их вертел, но О'Нейл извинился и увёл внучку до того, как Майкл сумел раскрыть рот.
Джеймс смотрел в сторону, сердито поджав губы. Поправил волосы — на белом манжете блеснул синий камешек. Да чтоб ты провалился.
— Мне кажется, наше первое знакомство было не очень удачным, — сказал отец Джеймса.
Ага, второе, блять, удачнее получается.
— Нормальное знакомство, — сипло сказал Майкл. Кашлянул, поправился: — Хорошее. Я… рад был. Познакомиться.
Он воткнулся взглядом в афишу, чтобы ни с кем не встречаться взглядом. Оттуда надменно смотрела голубоглазая блондинка лет пятидесяти: тонкие брови, тонкие губы, тонкая сигарета в длинном мундштуке.
— А это ваша… миссис Сазерленд?.. — спросил Майкл.
Колин обернулся на афишу, и вдруг открыто, по-мальчишески улыбнулся:
— Да.
— Такая молодая, — сказал Майкл.
Оба Сазерленда уставились на него, будто у него крылья выросли. Майкл старался на них не смотреть. Там коленки, под синими складками. Опасно.
— Пойдём внутрь? — Джеймс тронул отца за локоть. Тот встряхнул запястьем, посмотрел на часы:
— Да, конечно.
Майкл шёл за ними следом и смотрел прямо перед собой. Ему бы помогло для отвлечения задрать голову и поглазеть на кучерявые верхушки колонн, изящные люстры на цепях, позолоченные лепные венки на стенах. Но тут никто голову не задирал и в потолок не пялился. Вниз глаза не опустишь, наверх не поднимешь — оставалось только прямо смотреть.
Остановиться и рассмотреть, конечно, ещё и из любопытства хотелось. Красиво же, ну. Но от этих двоих отстанешь — бегай потом, ищи. А попросить Майкл не решился.
Ему раньше не доводилось бывать в настоящем театре. Пару раз в школу приглашали какую-то местную труппу, те показывали «Питера Пэна» и «Мэри Поппинс». Но это не считалось. И впечатления у Майкла остались неприятные. Во-первых, всё было не так, как в книжке. Зачем ставить спектакль по книжке и менять слова? Почему нельзя сразу взять, как написано? А во-вторых, Майкл сидел на первом ряду и прекрасно видел густо раскрашенные лица актеров. Питера Пэна вообще играла девчонка. В общем, всё было неправильно, так что с тех пор Майкл театр не любил.
По широкой лестнице с красной ковровой дорожкой они поднялись на этаж выше. Майкл нагнал Джеймса, пошёл рядом, чтобы не заглядываться на складки килта.
— Классные пуговицы, — сказал он. Надо ж было с чего-то начинать.
— Какие пуговицы? — вполголоса переспросил Джеймс.
— Ну, у тебя на руках. Синие.
— Это запонки, — сказал Колин.
Блять.
Майкл постарался улыбнуться:
— Точно. Сходу не разглядел.
Колин зашёл в открытую дверь. Внутри были красные бархатные шторы, за ними — три антикварных стула с гнутыми ножками.
— Нам сюда, — сказал Джеймс.
Майкл обежал глазами коридор.
— Знаешь чё, я щас вернусь, — тихо сказал он.
— Ты куда?.. — Джеймс нахмурился.
— Щас. Вернусь, — повторил Майкл сквозь зубы.
— Давай отойдём, — Джеймс кивнул в тупик коридора, занавешенный красной шторой, обнял себя за локти. Шагал, как на параде, только что шаг не чеканил. Майкл смотрел, как прыгают кисточки на белых гольфах, и очень хотел сдохнуть.
— Майкл!.. — Джеймс развернулся на каблуках. Шёпот у него был тихий, но гневный.
— Почему ты мне не сказал, что шотландец!.. — шёпотом возмутился Майкл.
— Конечно, я шотландец! — у Джеймса глаза сверкали, как ксеноновые фары дальнего света. — Моя фамилия Сазерленд!.. Кем я ещё могу быть — китайцем?!.
— Ты мне не сказал, что ты… шотландский шотландец!..
— Килт — наша национальная одежда!.. — шёпотом отчеканил тот.
— Предупреждать надо, блять!.. — шёпотом отозвался Майкл. — Я бы заранее подрочил!..
— Не смей на неё фетишировать!..
— Ты бы себя видел!..
— Я же не дрочу на флаг Ирландии!
— А я бы тебе не запрещал!
Они замолкли, глядя друг на друга с одинаковой яростью.
— Держи себя в руках, — тихо потребовал Джеймс.
— Коленки спрячь!
— Майкл!.. — Джеймс покраснел до кончиков ушей. — Я серьёзно!.. Даже не думай!..
— Поздно, уже подумал! Можно я теперь пойду вздрочну или мне с тобой рядом со стояком сидеть?..
— Придурок, — бросил тот и кивнул на дальний конец коридора. — Туалет там.
Из ложи прекрасно просматривался опущенный бархатный занавес. Джеймс сидел в центре, Майкл занял место рядом с ним. Провёл руками по мокрым волосам.
— Ты мне не рассказывал, как вы познакомились, — сказал Колин.
Майкл отдёрнул колено от Джеймса, будто обжёгся.
— Мы встретились у Сары, — сказал тот.
— В самом деле?.. — Колин с интересом взглянул на Майкла. — Вы с ней знакомы?..
— Я её тра… трагическая была история, — сказал Майкл. — Я её сбил.
