— Ну естественно, девушка! — фыркнула она. — Леонид, хоть и звал себя на работе на зарубежный манер, не какой-то там толераст из Европы. Он вполне нормальный парень, и мужики в его компании были не для любовных утех.
— А вы даже и такие подробности знаете? — усмехнулся в ответ Гуров.
— Ну естественно, — развела руками женщина. — Шила-то в мешке не утаишь.
А вот дальше выяснилось, что осведомленность Тамары Анатольевны имеет свои пределы. По крайней мере, о невесте Мурашова она знала совсем немного. По сути, только имя — Вероника. Ну еще старшая по дому предполагала, что она тоже имела какое-то отношение к театру или кино, но какое именно, сказать не могла. Объяснялось это довольно просто. Мурашов о своей подруге почти ничего не рассказывал, к себе водил редко и на любые вопросы о своей девушке отвечал шутками. Да и друзей у него в этом доме вообще не было. Так что откровенничать Леониду было не с кем, да он и не был открытым человеком.
— Я вам так скажу, хотя ничего и никому Леонид плохого не делал, тут люди его сторонились. Словно отталкивало их что-то от Мурашова. Да и мне иногда не по себе от его взгляда становилось, хоть я и много чего в жизни повидала. Вроде ведет он себя спокойно, не ругается, не спорит, а в глазах такое, что от этого жутко становится, — разоткровенничалась под конец разговора Тамара Анатольевна.
— Словно он смотрит и думает, какие куски от тебя лучше отрезать? — вспомнил слова Воробьева об ощущениях Екатерины сыщик.
— Во-во! — обрадованно воскликнула женщина, словно нашла ответ на долго мучавший ее вопрос. — А вы откуда знаете?
— Так одна девушка сказала, когда с взглядом Мурашова столкнулась, — не стал уклоняться от ответа сыщик.
— Правильная девушка. Чувствительная. А главное, знает, как о своих чувствах сказать! — заочно похвалила Ерохину старшая по дому.
— Извините! — прервал ее Гуров. — Мне нужно ответить на звонок.
Звонили из компьютерного отдела.
— Лев Иванович, я по поводу тех телефонных номеров, которые вы распорядились держать на контроле, — доложил специалист.
— И что с ними? — насторожился сыщик.
— Сейчас один из них в сети, и по нему ведут разговор. Мы проводим триангуляцию и скоро определим его примерное местоположение. Если, конечно, звонок будет достаточно продолжительным, — сообщил эксперт. — Собственно говоря, это уже второй раз за сутки, когда этот номер функционирует. Незадолго до полуночи с него был один короткий исходящий звонок, а затем короткий входящий. Мы не стали вас беспокоить, потому что время было позднее, а звонки непродолжительные…
— Твою ж мать! — оборвал его Гуров, но тут же успокоился, вспомнив, что не давал распоряжения незамедлительно докладывать о любой активности мурманских сим-карт. — Ладно, не буду размахивать шашкой, мы еще поборемся.
— Не понял, товарищ полковник, — недоуменно заявил специалист.
— А и не нужно ничего понимать, — отмахнулся от него сыщик. — Задача теперь для вас усложняется. Берите под контроль не только этот активный номер, но и телефон, с которого на него звонят. Отследите и его местоположение. Я сейчас еду в главк, скоро буду. Дальнейшие инструкции получите позже. И теперь обо всей активности этих сим-карт мне сообщать немедленно, в любое время дня и ночи!
Гуров попрощался с женщиной, которая посмотрела на него обиженно. Видимо, старшая по дому только вошла во вкус в своем желании поделиться информацией с сотрудником правоохранительных органов или вообще с первым встречным, кто ее выслушает, но возражать, естественно, не стала. А сыщик, не обратив ровным счетом никакого внимания на ее реакцию, отправился к своей машине.
Первой мыслью Гурова было позвонить Крячко и Воробьеву и распорядиться, чтобы оба выдвигались в главк, но затем сыщик решил этого не делать. Во-первых, оба члена группы искали след Мурашова. Во-вторых, еще неизвестно, удастся ли сейчас специалистам определить местонахождение Подсадного ястреба. А в-третьих, оба полицейских и без того могли быть сейчас в главке, поскольку служебный день только начался.
Гуров не стал проверять последнее из предположений, а сразу же по приезде в главк направился к экспертам. Там его ждало небольшое разочарование — засечь местоположение Мурашова специалисты не успели. Зато точно определили, где находится человек, который с ним разговаривал, и кто он такой — Перелыгин Максим Сергеевич. А звонил он из своей квартиры, которая располагалась в Лефортово, на улице Лапина. Сделать это оказалось просто: Перелыгин после разговора с Мурашовым звонил еще по одному номеру, и на этот раз запеленговать его удалось, и триангуляция показала, что мужчина находится в том же доме, который указал при регистрации своей сим-карты.
— А третий номер чей? — поинтересовался сыщик.
— Некто Степин Иван Аркадьевич, — ответил компьютерщик. — Данные на обоих абонентов мы записали на флешку и на всякий случай распечатали, если вам, Лев Иванович, потребуется приобщить нашу работу к делу.
