Сперва те, кто смотрел снизу вверх в небеса, могли рассмотреть только цепь темных точек, четко выделявшихся на фоне затянутых дымкой гор. Рокот турбин увязал в шуме и криках, не смолкавших над аэродромом, но заглушить могучий "голос" пары турбовинтовых двигателей "Лайкоминг" T55-L-712, приводивших в движение девятнадцатиметровые несущие винты. Запрокидывая головы, десантники, побросав свои дела, пристально следили за крохотными точками, через несколько минут приблизившимися настолько, что невозможно было спутать с чем-либо иным тяжелые транспортные вертолеты СН-47D "Чинук". Винтокрылые машины, над носовой и кормовой частью каждой из которых яростно резали воздух лопасти роторов, величаво плыли под облаками, и под брюхом каждого летающего грузовика висело нечто, обтянутое прочной сетью.
– Наконец-то. – Лицо полковника Эндрю Макгуайра осветила полная неподдельной радости улыбка, и точно так же улыбались, сверкая глазами, его солдаты, провожавшие взглядами неторопливо проплывавшие над головами вертолеты.
Полдюжины "Чинуков" плавно опустились к земле, снижаясь до тех пор, пока прицепленный к крюкам внешней подвески груз не коснулся бетона. Крепления тотчас расцепились, и сети соскользнули вниз, а к вьюкам уже бежали десантники. Вертолеты же коснулись посадочной полосы катками шасси чуть в стороне, выпуская из своего объемистого чрева людей, так же быстро кинувшихся к тому самому грузу.
– Полковник, сэр, – заместитель Макгуайра, как и многие, не могущий сейчас сдержать радость, встал перед командиром. – Сэр, выгрузился артиллерийский дивизион.
Причины для радости были – шесть легких гаубиц М119 калибра сто пять миллиметров на порядок поднимали огневую мощь десанта. Расчеты уже суетились вокруг своих орудий, освобождая их от сетей, подтаскивая ящики со снарядами. Несколько минут – и батарея будет готова к бою, и русских, если они и впрямь повторят попытку, встретят уже не только автоматные очереди. Несколько минут, вот и все, что было нужно. Но этих минут не было.
Пять "Чинуков" уже уходили ввысь, выполнив свою задачу и взяв курс на Тбилиси, где им предстояло лишь вновь принять на борт груз, чтобы опять вернуться сюда. Пилоты шестого вертолета как раз успели избавиться от орудия, когда в борт низко зависшему над посадочной площадкой геликоптеру ударил прилетевший издалека снаряд. Огромный вертолет мгновенно завалился на бок, обламывая широкие лопасти винтов о выщербленный бетон, и покатился по взлетной полосе, вспыхнув, точно спичка.
– Дьявол, что это? – Макгуайр ошеломленно вертел головой по сторонам. – Какого черта?
На глазах полковника под фюзеляжем вертолета погиб целый взвод, бойцы, оказавшиеся ближе всех к зоне высадки и не успевший бежать, спасая свои жизни. Пламя взвилось в зенит, пожирая массивный корпус геликоптера, а люди, стоявшие вокруг, смотрели на огонь, точно зачарованные. Никто не думал бежать, никто не видел опасности, пока в гуще десантников не разорвался снаряд, разбрасывая вокруг окровавленные куски тел.
– Танки, – раздались истошные крики, полные страха и растерянности. – Танки!
Русские на мгновение дали повод поверить в свое поражение, свою слабость, но сейчас сполна рассчитались за это. Не веря своим глазам, полковник обернулся, увидев, как на летное поле выбираются приземистые громады боевых машин, выстраиваясь не цепью – каким-то серпом, призванные рассечь оборону десанта, обрекая на верную смерть несколько сотен американцев. Они ползли с кажущейся неторопливостью, плюясь во все стороны смертоносным огнем, и вот уже бойцы, увидев, какого противника послала им судьба, один за другим бросали позиции, убегая без оглядки.
– Господи, – прошептал Эндрю Макгуайр, с невозможным спокойствием наблюдая, как осколки и пулеметные очереди выкашивают его людей. – Боже мой!
В эту секунду полковник и сам перестал верить в то, что война может закончиться его победой, победой его страны. Противник нанес удар, которого от него трудно было ожидать.
Стальная волна медленно, сметая все на своем пути, катилась по летному полю, скрежеща по бетону гусеничными траками. А впереди катился огненный вал, сплошная стена разрывов, поглощавшая все, что успел подготовить враг. Оборона американского десанта перестала существовать уже спустя несколько минут, и заслуга в этом досталась технике, давно уже не принимавшейся никем всерьез.
Средний танк Т-62 трудно было назвать современным оружием сейчас, в начале не нового века даже – нового тысячелетия, эпохи электроники и высоких технологий. Эта боевая машина, продолжив эволюционную линию русских танков, заслуживших себе славу на полях сражений последней большой войны, завершившая эту линию, заняла достойное место в истории оружия и войн, оставив след своих гусениц на дорогах многих стран и континентов, оставшись в памяти тысяч танкистов как надежная, неприхотливая, предельно простая в эксплуатации, но ныне место ей было в музее. Так мог сказать, уверенно, с видом знатока каждый… кроме тех, кому на себе пришлось ощутить всю мощь стальных монстров, прозванных Т-62.