Русские налетели внезапно, залпами выпуская ракеты "воздух-воздух" и немедленно, сокращая дистанцию до считанных сотен метров, открывая огонь из бортовых пушек, наводимых посредством лазерных дальномеров. Они били в упор, не оставляя ни места, ни времени для спасительного маневра и не заботясь об экономии патронов – это бой должен был стать первым, последним и решающим, и это понимали все.
Мерцающая нить очереди повисла прямо по курсу командирского "Раптора", и его пилот увидел, как от одной из находившихся рядом машин отделились куски обшивки, вырванной тридцатимиллиметровыми снарядами. Истребитель, беспорядочно вращаясь, точно сорванный с ветки лист, ушел вниз, стремительно теряя высоту.
– В ближний бой не вступать, – приказал командир эскадрильи. – Разрывайте дистанцию, парни, и выпускайте ваши ракеты! Русские машины очень маневренны, эти ублюдки хотят устроить нам "собачью свалку"!
"Сухие" приближались, рассыпая вокруг себя облака дипольных отражателей, в которых вязли лучи бортовых радаров истребителей F-22A "Раптор". Град управляемых ракет AIM-120C уже почти иссяк, и последние, потеряв среди помех русские машины, бесполезно рвались в пустоте, сразив лишь один Су-27. Гроздья тепловых ракет-ловушек, выстреливаемые установленными в хвостовых балках "Журавлей" пусковыми устройствами, слепили головки наведения ракет ближнего боя "Сайдвиндер", заставляя тех уходить прочь от настоящих целей, мчавшихся на врага, изрыгая огонь.
Остроносый "Фланкер", окрашенный в серо-голубой цвет, промчался под днищем "Раптора", заходя в хвост выбранной его пилотом цели, и командир Двадцать седьмой эскадрильи, настоящий воздушный снайпер, не мешкал. Повернув голову в массивном кибершлеме, оснащенном встроенной системой целеуказания, американский пилот дал "увидеть" врага головкам наведения ракет AIM-9X "Сайдвиндер", ждавших своего часа в боковых отсеках вооружения.
Русский истребитель уходил из поля зрения, преследуя выбранную цель. Его пилот желал только одного – в последний миг своей жизни увидеть падающую к земле чужую машину, объятую пламенем. Обо всем остальном летчик не думал, за ненадобностью забыв про осторожность. Командир Двадцать седьмой истребительной эскадрильи не стал упускать такой шанс.
Американский пилот, коснувшись ручки управления двигателями, привел в действие систему управления вектором тяги. Плоские сопла реактивных турбин "Раптора" чуть отклонились вниз, и тридцатитонная машина, на которую на мгновение будто перестала действовать сила гравитации, развернулась почти на одном месте, уставившись заостренным и тоже чуть сплющенным носовым обтекателем, под которым укрывалась антенная решетка бортового радара, в хвост русскому самолету. Радар, в прочем, сейчас был совершенно ни к чему – видя противника невооруженным глазом, американец перестал полагаться только на технику, отчасти умышленно уравняв свои шансы с возможностями врага.
– Получи, выродок, – злорадно произнес пилот, нажимая кнопку пуска. Створки распахнулись, и катапультные устройства выбросили вслед "Фланкеру" две ракеты "воздух-воздух", немедленно, точно почуявшие запах добычи гончие, ринувшиеся за своей целью. – Подавись!
Ракеты AIM-9X, оснащенные, как и "Раптор", двигателями с управляемым вектором тяги, выполнили лихой разворот, атакую русский истребитель. В последний миг одна из них отвернула, обманутая ярким факелом ложной цели, вспыхнувшим чуть правее цели истинной, уже выполнявшей боевой заход, садясь на хвост одному из американских пилотов, внезапно из охотника превратившемуся в добычу. Но головка наведения второй ракеты прочно "держала" цель, и, сблизившись с "Сухим" на десяток метров, "Сайдвиндер" взорвался, выбросив поток осколков вслед самолету.
Шрапнель, разогнанная до колоссальной скорости, изрешетила хвостовое оперение "Сухого", перебив тяги управления, распоров баки и вызвав взрыв одной из ракет, подвешенных под крыльями. Истребитель превратился в огненный шар, и, по инерции еще промчавшись прежним курсом, врезался в уходивший от него "Раптор". Все летчики, на миг забыв о бое, видели, как две боевых машины, слившись воедино в последнем порыве, рухнули вниз, пронзив тонкий слой облаков.
– Чертовы психи, – в ужасе произнес командир эскадрильи, представивший на миг, что сам мог оказаться на месте своего офицера, от которого теперь не осталось даже праха. – Эти безумцы идут на таран!
– Это же русские, сэр!