– Проклятье, – адъютант несмело взглянул в небеса, но промчавшиеся над Ростовом самолеты летели слишком высоко, чтобы увидеть их невооруженным взглядом. – Но что же происходит? Кто нас бомбит?!
– Мы скоро это узнаем. – Командующий округом с трудом поднялся на ноги, отряхивая форму от пыли и копоти. Растеряв разом весь лоск, он не утратил решимости, чувствуя внезапную злобу на тех, кто посмел вмешаться в привычный ход вещей. – Подъем! Всем встать, мать вашу! На запасной командный пункт, живее! Это только антракт, и мы должны быть готовы, когда начнется второе действие. Установить связь со всеми гарнизонами. Боевая тревога!
Смерть прошла совсем рядом в эти мгновения, мимолетно коснувшись командующего локтем, обдав своим леденящим дыханием, напомнив о бренности существования. И все же это не лишило генерала воли, напротив, прибавив твердости. Чувствуя ответственность за десятки тысяч людей, офицеров и солдат округа, возможно, еще ничего не знавших о случившемся, командующий торопился действовать, не дожидаясь приказа сверху, взяв на себя всю полноту ответственности.
"Волга", взревев движком, сорвалась с места, и перегрузка, точь-в-точь как при взлете самолета на форсаже, вдавила едва успевшего захлопнуть дверцу командующего в спинку сидения. Машина мчалась по улицам, пролетая под красными сигналами светофоров, под всеми запрещающими знаками, направляясь подальше от центральных районов, туда, где находился резервный узел связи. Но генерал опоздал – уже за пару километров он увидел столб черного дыма, упиравшийся в небосвод.
– Не успел, – простонал Юрий Логинов, вонзив взгляд в черную завесу, вздымавшуюся над казармами отдельного батальона связи. – Проклятье!
Противник вновь оказался на один ход впереди, но все же это был еще не конец.
– Собрать всех, кто уцелел, – приказал Логинов, едва только "Волга" вылетела на плац, где сидели или лежали раненые, уже вытащенные из-под завалов, и те, кого просто контузило. – Связистов ко мне, хоть из-под земли достаньте!
Перепуганные, растерянные, с ужасом озиравшиеся по сторонам и страшившиеся взглянуть в небо офицеры, прапорщики и сержанты, подстегнутые уверенным окриком генерала, понемногу пришли в себя. Разрушения оказались далеко не столь сильным, как могло показаться издали – на территории гарнизона разорвались всего три бомбы, и хотя часть зданий оказалась сметена с лица земли по самые фундаменты, многое уцелело, вовсе не получив заметных повреждений. В том числе – и несколько штабных машин, так и стоявших пока в своих боксах.
Радист, терзавший верньеры своей радиостанции, ругался, не стесняясь командующего, и тот, понимая, что молоденький лейтенант делает все, что возможно, также не мог сдержать брани.
– Помехи очень сильные, – как-то обиженно промолвил связист, робко взглянув на командующего округом. – Нас глушат! Ни с кем невозможно связаться!
– Продолжай, черт возьми, – раздраженно рыкнул Логинов. – Давай, сынок, пробуй еще! Прослушивай все частоты, сам выходи на связь! Они пытаются помешать согласовать наши действия, чтобы передавить всех поодиночке, чтобы мы не могли поддержать своих соседей! Действуй, парень, действуй! Мне нужна связь!
– Товарищ командующий, – к генералу подошел командир гарнизона, несмотря на ранение – голова его была скрыта свежей повязкой, – державшийся уверенно, не проявлявший ни намека на панику, которой не избежали в эти минуты многие. – Товарищ командующий, здесь оставаться опасно! Противник запеленгует наши передатчики, и бомбардировщики могут вернуться в любой миг! Лучше покинуть расположение сейчас же, а вести связь можно и в движении. Мы подготовим мобильный командный пункт через пятнадцать минут.
– Тогда действуйте, подполковник, – кивнул Логинов. Замечание офицера было справедливым, а меньше всего генерал хотел услышать над головой сейчас гул турбин и вой стабилизаторов мчавшихся к земле бомб.
Командир батальона не ошибся, и колонна машин связи, полдюжины обычных грузовиков ЗИЛ-131 и бронетранспортеров БТР-80, несущих вместо пулеметных башен антенны спутниковой связи, покинула расположение ровно через четверть часа, оставляя за собой разрушения и трупы. Заботиться о мертвых было некогда – сейчас, пока еще оставалась такая возможность, нужно было думать о живых.
Только почувствовав тряску подскакивающего на ухабах автомобиля, Юрий Логинов смог немного успокоиться. Оставаясь на месте, генерал ощущал себя беззащитной мишенью, ведь при современном уровне развития средств разведки противнику – в том, кто им был сейчас, командующий почти не сомневался – не составит труда обнаружить работающие на всю мощь передатчики и навести на них свои самолеты, наверняка сровняв с землей весь гарнизон. Теперь же появился слабый шанс на то, что удастся организовать оборону раньше, чем враг сможет физически уничтожить то, что осталось от штаба округа.