Потешные огни должны изобразить Полтавскую битву, где тощий шведский лев накидывается на столб с российской короной. Хочет ее повалить, так же как до этого он повалил столб с польской короной. Не тут–то было. Русский столб не поддается, появляется русский орел и сверху разит незадачливого льва. Орлу хорошо, он пускает огненные стрелы, чтó может лев против орла, ничего, в конце концов он разлетается на куски, зрители кричат — ура! — цель достигнута, Полтавская победа разыгралась у всех на глазах.
Увлечение фейерверочными огнями занимало Петра все больше. Создавать фейерверочные составы, получать новые цвета огней было так интересно, что Петр стал сам работать в пиротехнических лабораториях. Когда фейерверк был готов, Петр зачастую не мог удержаться и начинал сам дирижировать представлением. Дело это было опасное, смеси взрывались, однажды государь чуть не обгорел.
Молочков считал, что у Петра были три страсти: просвещение, морское дело и третья — потешные огни. Наука, вода и огонь.
Думается, что Петр читал мало, но гораздо больше, чем нам кажется. Библию он знал хорошо, что уже давало основу. Для всех ученых того времени Священное Писание было божественным откровением. Он читал некоторые книги, заказанные им для перевода, читал кое–что из Лютера, из русской истории, из римской и греческой мифологии.
Многим известным мыслителям хватало для чтения одной книги — Библии.
И для Петра Библия была главной книгой, книга книг, она содержала для него все стороны человеческой мысли, все проблемы государства, отношений людей. И еще, как известно, любил Эзопа.
Однажды после Прутского похода австрийский посланник попросил у Петра аудиенции. Государь принял его в Петербурге. Перед началом военной кампании Петр, надеясь на помощь австрийского государя в борьбе с турками, предпринял некоторые шаги. Однако австрийцы помощи России не оказали, кампания на Пруте закончилась неудачей, Петр едва не попал в плен.
Посланник, облаченный в парадный мундир, прибыл во дворец по поручению австрийского государя Карла VI передать поздравления его величеству Петру, который своей мудростью и божеским заступничеством избежал великой опасности.
В сочувственный текст была добавлена маленькая улыбочка. Почти незаметная, но оттого замеченная всеми. В те времена дипломатия употребляла приемы тонкие, общение государей, их послания применяли намеки, полунамеки, четверть–намеки. Улыбочка означала мудрую предусмотрительность австрийского государя и полный конфуз русской кампании.
