Несколько минут мы с комиссаром молча смотрели друг на друга. Я невольно подумал, что комедийный оттенок во всем происходящем исчез: притихший дом, слезы отца, неизвестность судьбы славной Лулу. Даже пес Билли и тот находился в данный момент в ветеринарной клинике!
Между тем комиссар Риво тяжко вздохнул, грузно поднялся, словно с сожалением покидая уютное кресло:
– Что ж, я отправляюсь в управление. Оставляю полицейских у ворот вашего дома. Будьте на связи: если позвонят – сразу сообщите мне!
Он протянул мне свою визитку и покатился на выход. Проводив комиссара до его машины, я вернулся в дом.
Итак, отец находился под охраной полиции, а мне вполне можно было рискнуть съездить в ветеринарную клинику, чтобы выяснить, что с Билли и когда он вновь вернется в строй. Ну, а завтра с утра пораньше мне следует побеседовать с сотрудниками отцовских «Садов» – вдруг кто-то что-то слышал-видел, каким-то образом знает о реальном местожительстве Мари или о круге ее общения. Ведь не молчала же она целыми днями на рабочем месте!
Итак, отца я не стал тревожить, на всякий пожарный оставил ему записку: «Я проведаю Билли. Крепись!», и вырулил со двора.
