Несколько секунд стояла почти звенящая тишина. Что я мог сказать? Мадам не лишена дара божьего. Но при чем тут я? Пусть организует литературные гостиные русской эмиграции, выпускает стихотворные сборнички…
Между тем она смотрела на меня с откровенным торжеством.
– Признайтесь, вам не хочется заплакать?
Я вздохнул и с усмешкой покачал головой, стараясь смотреть на поклонницу поэзии, что называется, без тени сентиментальности.
– Совершенно не хочется. Мне хочется спокойно допить свой кофе и отправиться дальше по делам.
Мадам ядовито улыбнулась, допила свой кофе, после чего неожиданно наклонилась ко мне, положив свою руку поверх моей:
– Пять штук.
Признаться, я не сразу понял, о чем речь, и взглянул на мадам, должно быть, по-детски удивленно, потому как она в очередной раз хрипловато рассмеялась.
– Не бойтесь, вы же не мальчик! Я предлагаю вам пять тысяч евро. Ведь это немало, согласитесь?
Это было уж слишком! Меня покупали, как какую-нибудь гулящую девку! Я едва не задохнулся от праведного гнева.
– Идите к черту, – я тоже слегка наклонился к мадам. – Советую вам заняться чем-нибудь общественно полезным и презентовать эту сумму на какой-нибудь сиротский приют. А теперь прошу оставить меня в покое.
Мадам внимательно наблюдала за мной с немного кривоватой улыбкой; по всему выходило, что она вовсе не собирается оставлять меня в покое. Облокотившись о стол, она сцепила холеные ручки и принялась медленно поглаживать свои пальчики с безупречным маникюром и множеством золотых колечек.
– Да, вы действительно чрезвычайно интересный молодой человек, – проговорила она неторопливо, все так же разглядывая меня чуть прищуренными черными глазами. – Я бы назвала вас вежливо-дерзким. Именно такие мне особенно по душе. Уверена, если я сейчас же вас не покину, вы сами встанете и пересядете за другой столик, а то и вовсе уйдете. Так и быть – свой кофе я допила, потому сама вас оставлю. Но при одном условии…
Тут ее правая рука нырнула в сумочку, которая лежала на соседнем стуле, и положила передо мной изящную визитку фисташкового цвета.
– Обещайте, что возьмете ее с собой – на всякий случай, – и тогда я сердечно с вами распрощаюсь. Идет?
Сами понимаете, мне пришлось кивнуть и покорно сунуть визитку в свой карман. Мадам удовлетворенно улыбнулась и поднялась. Пару секунд она сверху вниз смотрела на меня с загадочной улыбкой и вдруг наклонилась, отчетливо проговорив низким голосом:
– Семь штук…
Я нервно дернулся.
– Послушайте, я так похож на бедного русского? Я…
Она перебила, не дослушав:
– Десять! Или… Как говорится, торг уместен. Ставки растут.
Произнеся эти слова, не ожидая моей реакции, она резко развернулась и походкой от бедра покинула помещение, оставив меня в буквальном смысле слова с отвисшей челюстью и недопитой чашкой кофе в руке.
