— Кощей оказался больно занятым, не готов он нас сейчас принять. Давай здесь подождем, — Василиса указала на каменные скамейки, который выглядели так ненадежно, словно сломаются при одном лишь прикосновении. Тем не менее Василиса присела, доказывая жизнеспособность внешне хлипкого предмета.
Снежа опустилась рядом. И буквально через минуту накатил сон. Она почувствовала, как слабость прокатилась шаром по телу, а в глазах помутнело: реальность уплывала. На Снежу навалилась такая усталость, что было сложно сидеть — она прижалась к стене и выпучила глаза, чтобы веки не смыкались. Но все оказалось бестолку: дрема проглотила. Сон, однако же, был неглубоким, похожим на задувающий в уши ветер, когда мир вокруг приглушенный: хочется сосредоточиться на звуках, но они ускользают. И сейчас Снежа смогла распознать лишь тихие шаги и перешептывания. А тело почувствовало касание теплой руки и веющий холод от каменной стены.
В моменте Снежа почувствовала блаженное расслабление. Она сама превратилась в стену кощеева замка — частью пульсирующей вены. Новое ощущение (или забытое старое) было таким тягучим и сладким, что она не сразу осознала возвращение в настоящий мир. Кто-то настойчиво тряс ее за плечи и тихо бормотал.
— Очухивайся… Это-это… Скоренько, пропадешь, пропадешь… — низкий голос «напугал» томную негу. Мерное дыхание Снежи сбилось из-за тряски неизвестного. Щеки задергались сами по себе, и она недовольно промычала. Телу было так тепло, что оно отказывалось подчиняться. Еще бы покемарить, совсем чуть-чуть.
— Эгей, какая дурная. Пропадешь, — некто хлестнул Снежу по щеке, глаза моментально открылись, и она увидела нависающего гоблина.
— Ой! — непроизвольно икнула.
— Тише. Не ойкай, уматывай отсюдова, погибель тебя ждет, — нечестивый нахмурил брови, — Кощей сожрет тебя только луна взойдет.
— Что? — теперь Снежа окончательно проснулась. — Но как же… Он должен мне помочь, так Василиса сказала.
— Ведьма она, Баба-Яга натуральная, не верь ей, злюка та исчо. Обманула тя, Кощей — отец ее родной еще на земле был. Да и тута все равно щитай батя…
— Я не верю…
— Тьфу ты… — гоблин вздохнул, схватил Снежу и с размаха выкинул девочку в дыру в каменной стене, напоминавшее окно. — Живи, Снегурочка, сохрани свое добро в сердце, — гоблин произнес это не громко, но она все хорошо услышала. Он тут же скрылся из виду.
А сама Снежа плюхнулась в сиренево-коричневые сухие кусты. Они смягчили падение, но все же спина заныла. Девочка покряхтела, поднялась, отряхнулась и задумчиво подняла голову. Солнце медленно заходило за горизонт: приближался вечер. Неужели она так долго проспала? Казалось, что закрыла глаза всего на секунду.
И тут до Снежи дошло: они прилетели сюда утром, когда было полно сил на свершения. Невозможно поверить, что человека может внезапно в первой половине дня так свалить сон. Однако Василисе, должно быть, подвластны все растения, среди которых есть и те, которые вызывают сонливость. Может, гоблин был прав насчет царевны? Что если все это время она просто дурила Снежу. И отключила ее специально, чтобы та спокойно спала до полнолуния: рокового часа.
Но с другой стороны, с какой стати вообще верить нечестивому? Он хочет обмануть, запутать… Придумал хитроумный план и сейчас сам сожрет ее прямо здесь в кустах! Снежа подозрительной огляделась — никого. Чутье твердило: «Беги… Беги, Снегурочка! Никому здесь не доверяй: ни гоблину, ни Василисе. Сматывайся подальше!» Причем говорило он старческим хриплым голосом. «Заветы дедушки», — догадалась Снежа.
Тогда она и помчалась со всех ног — еще не знала куда, как будет выживать сама и искать дедушку. Но чем дольше Снежа находилась в Вечном Царствии, тем сильнее укреплялась мысль о том, что нечестивые здесь все: от болотников до царевен.
Ноги опутали лозы и, свалив Снежу на землю, потянули обратно в замок Кощея. Не нужно было оглядываться, чтобы понять чьих то рук дело. И все же Снежа бросила короткий взгляд. Василиса стояла не похожая на саму себя: кожа почернела, радужка глаз пропала, волосы, точно змеи, распушились во все стороны. Баба-Яга раскинула руки — из ладоней посыпались искры. Лозы сжали Снежу еще сильнее, из тонких стеблей выросли шипы, которые больно впились в кожу. Она попыталась оторвать растения от своих лодыжек, но хватка была мертвой.
Мимо пролетела желто-оранжевая птица. Хотя Снежа и не сразу поняла, что это. Пернатая промчалась быстро, срезав клювом основание лозы, которой управляла Василиса. Щелк-щелк, и ноги освободились. Снежа не стала долго думать. Она вскочила и ринулась, куда глаза глядят. Ее спасительница летела рядом и крыльями отбивала нападающие растения: Василиса сдаваться не собиралась.
Снежа бежала вдоль леса и слышала следующей за ней бульканье и скрежет — это болотники и коряги преследовали царевну, но пока не подходили: то ли не могли угнаться, то ли ждали удачного момента.
— Они подчиняются Василисе, — вдруг заговорила птица. — Живущие в лесу чудища опасаются ее, ведь она управляет природой.
— Ты… умеешь… говорит? — задыхаясь, спросила Снежа.