– По-вашему в НАСА работают шизофреники? – Эми не собиралась дискутировать на эту тему, поскольку её предшествующая фраза была не более чем шутка, но его серьёзность, с которой он к этому отнёсся лишь усиливала необъяснимую неприязнь. Эти чувства были на бессознательном уровне, и ей не хотелось обижать ни в чем неповинного человека своим поведением. Но это был один из тех случаев, когда разум бессилен и трибуну захватывают эмоции.
– Стоп, стоп, стоп! – Алиса почувствовала нависшее напряжение, предприняв попытку перевести тему разговора. – Давайте обсудим эту тему в другой раз, тем более что каждый из нас немного шизик. И я не исключение… Поскольку наша программа духовно-интеллектуального развития закончена, предлагаю перейти к следующему этапу – деградации предыдущего.
– Кстати, я знаю неплохой клуб. Там не дорого, пускают всех, – сказал Питер, чем заслужил испепеляющий взгляд Эми, к её счастью оставшийся не замеченным.
– Класс. Мы только за! – радостно воскликнула Алиса.
– Мы??? – от одной только мысли, что с ними будет Питер Эми передернуло.
– Только не думай соскочить дорогая! Я два часа блуждала, едва не умирая от скуки, по галерее не для того, чтобы ты слилась с нашего уговора!
– Я помню про наш договор, но что-то мне подсказывает – до Лондонского глаза мы не дойдём.
– Почему? – спросил Питер, все также улыбаясь. В глазах Эми его улыбка была оскалом, придающая ему сходство с маньяком или просто с психом. – Перед тем как попасть в клуб мы можем забежать к нему. Вечером там самое то!!! Не пожалеете!
– Что скажешь? – обратилась Алиса к Эми.
– Что бы ты потом не говорила мне…
– Значит решено! – Алиса перебила её, не дав ей договорить.
Обречённо взмахнув рукой, Эми последовала за весело болтающей парочкой. Алиса словно забыла о её присутствии, наслаждаясь обществом новоиспечённого друга. Ей было обидно, она хотела поделиться с ней недавним событием, попросить возможно совета или заполучить какую-то идею, которая помогла бы ей найти того незнакомца или же просто посмеяться, забыв об этом… Но несмотря на предстоящую свадьбу Алиса и впрямь решила насладиться последними глотками свободы. Эми решила позвонить матери, однако та не отвечала на звонки, а говорить с отцом на эту тему ей не хотелось.
Они прошли к парку Сент-Джеймс. Это было одно из тех мест, где с лёгкостью можно было забыться, углубиться в романтические воспоминания или поддаться любовным грезам… место вдохновения достойное кисти художника. Осенью парк был еще прекраснее, обножая все краски этой холодной, но такой восхитительный поры года. Опадающие жёлтые листья, кружась, ложились на тропы, образуя ковровые радуги, от холодного жёлтого до красного. У озера ютились утки привыкшие к людскому вниманию, пощипывая остатки некогда молодой травы. Рядом с ними отрешенного ходили, незнакомые Эми, птицы, безразлично оглядывая прохожих, останавливающихся чтобы сделать на их фоне несколько фото. Стоя на мостике, проходящим над озером, Эмили освобождалась от тяготеющих чувств и мыслей, всматриваясь вглубь протекающих вод, в котором виднелось рябью ее отражение.
–Это один из старейших парков города, – Энрдю решил немного развлечь Эми, видя её потускневшее лицо, еще совсем недавно сияющее любопытством и радостью. – В тринадцатом веке на его месте находилась больница для прокаженных женщин имени Святого Джеймса, и вид был кардинально другим. При Якове I это место стало парком, а в современном ввиде мы его видим благодаря Джону Нэшу. До того времени здесь была болотистая местность.
–До того момента пока Вы не сказали мне о больнице для прокаженных, мои мысли были заняты другим. А теперь я думаю о том, что возможно все это время я ходила по чьим-то костям.
–Простите, я не думал, что Вы такая впечатлительная.
–Вы меня простите, просто…Не воспринимайте на свой счет! С момента посадки на самолёт и после приземления, меня не покидает чувство тревоги. Я везде ищу подвоха, причину, чем это может быть вызвано…Даже Питер вызывает во мне раздражение, хоть я его абсолютно не знаю… Ладно, не хочу Вас напрягать своими проблемами…
–Моя работа – решать Ваши проблемы, – Эми едва заметно улыбнулась ему. – По правде говоря, тот парень также не вызывает у меня доверия. Но поскольку Ваша подруга пожелала его общества, я не могу этого запретить и все, что я могу сделать – не выпускать его из поля зрения. В моей работе форс мажоры частое явление, невозможно просчитать все до мелочей. За это время у меня выработалось третье чувство, которому я научился доверять. И чаще всего… не зря.
– Насколько часто?
– Девять из десяти.
– Знаете, Вы заставили меня об этом задуматься!
– Вам не о чем переживать! Ваш отец многое для меня сделал, я перед ним в неоплатном долгу и сделаю все, чтобы сохранить самое дороге, что у него есть.
– Вы на него немного похожи…
–Восприму это как комплимент! – улыбнулся он.
– Правда! После разговора с Вами мне стало немного легче, обычно такое бывает исключительно после общения с папой.
– Что ж, я рад, что смог повлиять на ваше настроение. Вы улыбайтесь! А это уже немало важно.
