Командование вермахта и рейхсфюрер СС Гиммлер специально для борьбы с партизанами Белоруссии бросили в 1941 году 221-ю, 286-ю и 403-ю охранные дивизии, 339-ю и 707-ю пехотные дивизии, 1-ю кавалерийскую бригаду СС, артиллерийские, танковые и саперные подразделения, моторизованные части полевой жандармерии, полицейские полки и батальоны, тайную полевую полицию (ГФП), полицию безопасности и СД, полицию порядка и т. д. Эти огромные силы не стояли в гарнизонах без дела, они постоянно занимались кровавым разбоем. В самом начале войны — с 19 июля по 31 августа 1941 года — 1-я кавалерийская бригада СС при поддержке частей 162-й и 252-й пехотных дивизий провела крупную карательную экспедицию под кодовым названием «Припятзумпфе» («Припятские болота»). Каратели прошли с запада на восток по территории Пинской области, захватили южные районы Минщины, ворвались в Гомельскую область— и всюду на своем пути жгли, расстреливали, вешали, истязали, насиловали, грабили. Командир этой бригады штандартенфюрер СС Фогеляйн докладывал своему начальству, что за время экспедиции было уничтожено 13788 советских людей. Каратели разбойничали на севере Минской и юге Витебской областей, на Могилевщине и в других местах Белоруссии.
Нам надо было подготовиться к борьбе с карателями, и мы вернулись к поднятому ранее вопросу об объединении всех партизанских сил под общим командованием. 25 ноября состоялось заседание подпольного обкома партии. На нем было решено объединить все отряды и группы, находящиеся в южных районах Минщины, в одно соединение партизан Минской области. Создали штаб соединения, в который вошли все секретари областного комитета партии. Позже были распределены обязанности между ними. Первый секретарь обкома Василий Иванович Козлов был утвержден командиром соединения. Меня назначили его заместителем по оперативной части, Иосифа Александровича Бельского — заместителем командира по партийной и комсомольской работе, Алексея Георгиевича Бондаря— заместителем командира по разведке и контрразведке. На Ивана Денисовича Варвашеню возлагалось руководство пропагандой и печатью.
Объединив свои силы под общим оперативным руководством, партизанское движение, области вступило в новый, более сложный этап своей деятельности.
В начале декабря мы узнали, что Красная Армия разгромила гитлеровские войска под Москвой и гонит их на запад. Принятые по радио сводки Совинформбюро переписывались и передавались из рук в руки. Люди от радости обнимались, целовались, у многих на глазах выступали слезы. И как было не радоваться! Ведь в последние месяцы мы чуть ли не каждый день находили немецкие листовки, в которых фашисты хвастливо писали о том, что немецкие войска вплотную подошли к «столице большевиков» и в бинокли рассматривают московский Кремль. Фашистский комендант Минска создал специальное бюро для выдачи пропусков на въезд в Москву. Немецкие офицеры в Гомеле устроили большой бал по поводу взятия «красной твердыни». Как воронье, слетались в Белоруссию гитлеровские коммерсанты, готовые по первому сигналу ринуться в Москву, чтобы прибрать к своим рукам заводы, фабрики, банки, учреждения.
И вот волнующая весть: любимая столица выдержала бешеный натиск врага. Красная Армия не только выстояла, но, расправив свои богатырские плечи, нанесла сокрушительный удар по фашистским бронированным полчищам и перешла в контрнаступление.
Скорее, скорее донести эту весть до людей! Они ждут ее, живут этим нетерпеливым ожиданием. Обком партии разослал все наличные пропагандистские силы по деревням. Выполнять важное поручение ушли члены обкома, многие коммунисты из партизанских отрядов. 3 января 1942 года я вместе с партизанами Герасимом Гальченей, Антоном Филиппушко и Филиппом Костюковцом направился в деревню Турок. Попутно нужно было достать питание к радиоприемнику — наши батареи уже выдыхались.
Достать батареи было нетрудно: мы знали, что они хранятся у Александра Захарика, работавшего до войны в отделении связи. Несмотря на приказы фашистского коменданта сдавать не только оружие, но и радиоприемники, Захарик спрятал свой приемник, хотя и рисковал жизнью. Он с готовностью передал нам приемник и батареи к нему. После этого я подошел к колхозникам, которые молотили хлеб на току. Они бросили работу и столпились вокруг меня. Началась летучая сходка, которую я не забуду никогда. Затаив дыхание, люди слушали сообщение Совинформбюро о победе под Москвой. В их глазах светилась радость, многие плакали, забывая смахивать крупные слезы. Когда я закончил чтение и провозгласил здравицу в честь любимой Родины и великой партии коммунистов, все дружно подхватили «ура!».
Чтение сводки уже давно окончено, но крестьяне не расходятся. Они задают десятки вопросов, хотят знать подробности, словно я только что прилетел из Москвы и все видел своими глазами. Перебивая друг друга, люди спешат высказать свои мысли, поделиться своими думами.