– Я знаю! – Черт. Флинн закрыл глаза и попытался вздохнуть, но не смог. Она забрала с собой весь кислород, когда пару вечеров назад ушла с террасы его дома в слезах. – Я знаю, – повторил он, надеясь, что его голос звучит спокойнее.
Как же ему хотелось сбить с лица Кейда эту противную ухмылку. Тот хлопнул Флинна по руке.
– С возвращением в клуб жалких придурков. Это такое чудесное место. – Но вид у Дрейка по-прежнему был такой, словно он хотел убить Флинна. – Мама с папой учили тебя быть лучше. Мы, – он махнул рукой, показывая на себя и Кейда, – учили тебя быть лучше.
Резко выдохнув, Флинн уставился в потолок.
– Да пошло оно все. Я знаю. Она просто… Я считал, что недостаточно хорош для нее.
Вот он – корень всей проблемы.
Кейд пожал плечами, словно для него это была не новость.
– И что с того? Я недостаточно хорош для Эйвери и Хейли, но все равно надел этот парадный костюм и готов попытать счастья.
На этот раз Дрейк стукнул по голове Кейда.
– Ты достаточно хорош. И ты тоже. – Он показал пальцем на Кейда. – Эйвери выбрала тебя. – Затем взглянул на Флинна. – А Габби выбрала тебя. Значит, вы оба достаточно хороши.
Кейд надул губы и потер затылок.
– Я расскажу Эйвери, что ты сделал.
– Она мне потом еще спасибо скажет. – Дрейк взглянул на Флинна. – Как ты собираешься возвращать ее?
– Не знаю. – Флинн уронил руки, и они безвольно повисли вдоль тела. – Ты же у нас долбаный мастер-джедай. Есть какие-нибудь гениальные идеи?
– Ты разговариваешь.
– И что?
– Ты разговариваешь последние пять минут.
– И что, черт возьми с того? – процедил сквозь зубы Флинн. – Какое это…
Он внезапно выпрямился и… сукин ты сын!
Сердце билось так сильно, что, казалось, у него сейчас случится удар. Ладони стали влажными, комната поплыла перед глазами. А ведь он не выпил еще ни капли виски. Впрочем, ему понадобится целая бутылка, чтобы воплотить в жизнь план, который только что созрел у него в голове.
Дрейк захохотал, как придурок.
– Вот теперь ты все понял. – Он завязал Флинну галстук, расправил его и похлопал по плечу. – Иди действуй.
После того, как подали торт, а Кейд с Эйвери начали исполнять свадебный танец, Габби откинулась на спинку стула за столиком для друзей жениха и невесты и удовлетворенно вздохнула.
День прошел идеально. Просто идеально. Погода наладилась, и церемония прошла на улице под ясным солнечным небом. Какое же это было прелестное зрелище, когда Брент провел Хейли по проходу между стульями, а потом Хейли бросилась в объятия стоявшего около импровизированного алтаря Кейда, и все присутствующие заахали и заохали от умиления. Габби рыдала в три ручья, когда Эйвери в сопровождении своей матери подошла к Кейду, а он с затуманенными от слез глазами прижал руку к груди.
Боже мой! Можно ли представить себе нечто более романтичное?
Они произнесли клятвы под белой решетчатой аркой, поросшей жимолостью, на которой только-только начали распускаться бутоны. Хейли почти все время сидела у Кейда на руках, но под конец спустилась вниз и обежала вокруг арки. Гости тоже нашли это очаровательным.
Габби не раз бросала взгляды на Флинна – ей хотелось узнать, как он отреагирует на церемонию. И всякий раз замечала, что он смотрел на нее с робкой полуулыбкой на губах и безграничным обожанием во взгляде. Когда слезы снова навернулись Габби на глаза, Флинн незаметно сообщил ей жестами: «Загляни в свой букет».
И то, что он для нее сделал, было так же чудесно, как и окружавшая их атмосфера любви и нежности. Флинн спрятал среди фиалок и роз в ее букете носовой платок, зная, что она непременно расплачется. Ах. Им не представилась возможность поговорить, но он смотрел на нее такими глазами, словно уже все для себя решил.
Через несколько минут придет очередь танца друзей жениха и невесты. А после она отведет его в сторону, и они во всем разберутся. Как всегда поговорят. В отличие от прошлого вечера, Флинн следил сегодня за каждым ее движением: от прохода между рядами до того момента, когда они все собрались для общей фотографии. Его глаза сияли весьма красноречиво, душа была открыта перед ней нараспашку. По какой-то причине за прошедшую ночь он изменил свое мнение об их отношениях. Похоже, что сомнения его больше не мучили, он был взволнован, но настроен оптимистично.
У них все будет хорошо. Габби не сомневалась в этом. Слишком много прожитых вместе лет, чувств и любви, чтобы все это так внезапно оборвалось.
Даже ее платье, в общем и целом, казалось вполне удобным. Лавандового цвета, без бретелек, с облегающим лифом и свободной юбкой до середины икры. Простое, но шикарное. А белые туфельки на каблуках? Не очень удобные, но, когда начался обед, она скинула их, и ноги сказали ей за это большое спасибо.