За всё время воскресной ярмарки к ним несколько раз заглядывал пастор и это, не смотря на то, что дел у него было предостаточно. Ни раз и ни два Оливия замечала, как преподобный и её мать, украдкой перекидывались нежными взглядами, вызывая в девушке волну протеста. Бабушка же тактично делала вид, что попросту ничего не замечает. Оливия спрашивала себя, как могла быть такой не внимательной и безучастной, что не заметила творившегося у неё перед самым носом.
Окончание церковной ярмарки ознаменовал фейверк, раскрасивший ночное небо в цветные переливающиеся кляксы. А перед этим пастор Льюис собрал их всех вместе: участников и гостей, что бы объявить результаты и победителей. Как и предполагала девушка, торжествовать победу надлежало им. Они собрали более 15 тысяч, которые теперь пополнят фонд детской больницы святого Франциска. Ливия была смущена, как впрочем и её родительницы, окунувшись в море поздравлений, аплодисментов в их честь и внимания, лишь только преподобный огласил итоги. Поэтому незаметно ускользнула прочь, решив недослушивать поздравления, а подойти к стоящей неподалёку, рядом со своими родителями Сидни. Та тоже заметила её и устремилась на встречу, аккуратно пробираясь сквозь плотно толпу людей. Встретившись, подруги не сговариваясь, повернули к парку, расположенному рядом с площадью.
В этот поздний час тот был, тих и пустынен, наполненный лишь: светом фонарей, таинственными тенями и шепотом ветра. Хотя обычно в это время сюда стекалась молодёжь и влюблённые парочки, ищущие уединение.
Устало рухнув на ближе всех стоящую к ним скамейку, девушки с облегчением вздохнули. Подставляя разгорячённые лица прохладному ветерку блуждавшему меж деревьев. Погода стояла довольно тёплая, для середины осени и поэтому, сидеть в парке было довольно приятно, особенно после тяжёлого дня. Первой нарушила молчание Сидни, взглянув на притихшую подругу, которая откинула голову на спинку скамьи и молча глядела в небо, где продолжали свой танец разноцветные огни салюта.
— Я так рада за вас! Вы такие молодцы! Это надо же собрать такую сумму денег всего за несколько часов!
— Ага… — вяло промямлила Оливия, не отрывая взгляд от небесной вышины. Казалось, эта тема мало её заботит.
— А мы с родителями так же неплохо справились, конечно, не так как вы, но всё же…4 тысячи и масса проданных безделушек. Хотела вот к вам прорваться и попробовать чего там такого наготовили, а то со всех сторон только и слышались «охи» и «ахи» в ваш адрес. Только вот опоздала, всё слопали, под чистую! — Сидни огорчённо вздохнула и сглотнула слюну.
— Приходи ко мне! Дома должно ещё что-то остаться… — равнодушно отозвалась Ливия и снова замолчала.
Такое поведение обеспокоило Сидни. Она знала, что должно было произойти что-то из ряда вон выходящее, что бы Ливия стала настолько безучастной ко всему, особенно к её словам.
— Ливия, а если я сейчас скажу, что у тебя из ушей вылезли цветы, ты хоть как-то по-человечески отреагируешь? — спросила Сид. Только вновь реакции не последовало.
Не выдержав, девушка схватив подружку за плечи и хорошенько её встряхнула, заставляя оторваться от созерцания неба и поглядеть на неё.
— Оливия! Да в чём дело? Ты сама на себя не похожа!
— Сид, ты знала, что у моей матери роман с пасторам? — глухо спросила Ливия, наконец обратив взгляд задумчивых глаз на подругу и замерла в ожидании ответа.
— Как тебе сказать…эммм, — невнятно произнесла девушка и потупила взгляд, смутившись, но врать Оливии не хотела, да и не могла. — вообще-то да! Мне мама рассказала, она несколько раз видела, как они тихо беседовали и взгляды, которыми обменивались, были далеко не безгрешны.
Говорить еще, что- либо она не могла, видя, как страдальчески морщиться подруга и лишь тихо шепнула:
— Я думала ты знаешь…
— Только сегодня узнала и то, совершенно случайно, — проговорила Оливия, тяжело вздохнув. — Похоже, все были осведомлены, кроме меня! Интересно, что ещё я не знаю?
Было заметно, насколько ей было больно и обидно. Сидни придвинулась к подруге и утешающее обняла её за плечи. Ливия склонила голову ей на плечо.
— Сид, почему она мне ничего не сказала? Почему всё скрывала? Неужели я не заслуживаю, откровенности от собственной матери? Я взрослая, многое могу понять. В конце концов, меня ведь её вспыхнувшие чувства тоже касаются! У нас общая тайна!
— Может она просто боялась…боялась что всё же не поймёшь! Или не была настолько уверена в своих чувствах, что бы рассказывать о них! — тихо проговорила Сид, успокаивающе поглаживая Лив по спине.
Она чувствовала, как горячие слёзы подруги пропитывают её блузку, но ей было всё равно. Оливии надо было выплакаться, что бы стало легче, а на то и существуют друзья, что бы быть рядом в такие минуты и позволить поплакать у себе на плече. Сид не знала, что бы чувствовала сама на месте Оливии, но уж точно ничего хорошего.
— Сид…неужели моя мать настолько глупа? Разве она не понимает, что это не правильно! — сказала Ливия.
