Некоторое время Семеро бились, а маги подпрыгивали от ужаса и кричали, чтобы они ни в коем случае не сходили со своих лучей, потом чудовища внезапно опали на землю тяжелой росой, а голос тяжко вздохнул:
— Ваше право подтверждено! А теперь, мы ждем жертвы! Платы за прекращение битвы!
Маги удивленно поискали взглядами говорящего.
— А как же масло, вино и кровь? — наконец спросил молодой.
— Это плата за возможность говорить с нами и видеть нас, — пояснил голос.
— Что же вы хотите? — осторожно спросил пожилой магистр, кажется зная, каким будет ответ.
— Человека! — в незримом голосе явно прозвучал издевательский смешок.
— Какого? — с запинкой произнес маг.
— Здорового, сильного, молодого, способного зачать детей, одного из потомков Семерых!
Голос слышали все, и взгляды тотчас скрестились на ведьмочке. В горле Дугала сразу встал ком, он видел, как дрогнули губы Веданики. Требования исключали детей, стариков, мужчина был немолод, а женщина хотя и сохраняла внешнюю привлекательность, могла быть нездоровой в силу профессии. Мог подойти бастард герцога, но у него был один недостаток, который исключал его из роли жертвы — в детстве он болел «свинкой» и потому не мог зачать детей.
Пошатнувшись ведьмочка шагнула к огню:
— Я готова! Что нужно делать? — спросила она и уставилась в землю, понимая, что один взгляд на Дугала разобьет ее хрупкую решимость вдребезги.
От призрачного войска отделился огромный всадник на темном, как ночь коне:
— Ступай за мной, дева, — сказал он, и все стоящие у огня содрогнулись от пронизывающего их холода.
Глаза дивного зверя сияли словно тысяча свечей, по лоснящейся черной шкуре пробегали искры, а сам призрачный всадник на один миг налился плотью и цветом, превратившись в привлекательного мужчину в роскошной одежде, вот только в его глазах горело то же неземное пламя. Ведьмочка дрогнула, попятилась, и наткнулась на чью-то твердую грудь, и замерла испуганно, шумно дыша.
— Возьмите меня вместо нее, — просто сказал Гвин, поддерживая невесту и одновременно бесстрашно глядя в огненные глазницы. — У меня нет дара, но я молод, здоров и способен зачать детей.
Призрачный воин захохотал, сильно откинув голову:
— Ты слишком нагл смертный, раз у тебя нет дара, ты быстро зачахнешь в холмах.
— Не важно, — Дугал сжал ладонь Веданики.
— Нет! — ведьмочка дернула воина за рукав, но он лишь крепче сжал ее руку.
— А нам ты вообще не нужен! — вмешался фейри.
— Тогда возьмите меня, вместе с ней, — не сдавался Гвин.
— Вместе? — великан опять захохотал, — за эту деву будут биться лучшие воины моего сида! Они положат к ее ногам лучшие ткани и украшения дивного народа! А когда она понесет дитя, ее будут баюкать на облаках из сливок и меда!
«Ястреб» насупился:
— Госпожа Веданика моя невеста! — громко сказал он, — я поклялся стать ее супругом!
— Все человеческое остается за стенами сида, клятвы тоже, — сказал фейри, и поторопил: — Идем, дева, тебя ждут!
Он поманил пальцем, и девушка выпрямилась:
— Одну минуту, — попросила она, — я хочу проститься с женихом! — дождалась разрешающего кивка, повернулась, встала на носочки пытаясь дотянуться до крепкой шеи мужчины: — Дугал, любимый, — пальцы снова нырнули в волосы, спеша запомнить это ощущение, — ты же понимаешь, что я должна уйти туда? Я не прощу себе гибели всего живого!
Обнимать воина было трудно, его прикрывало железо, но Веданика приникла к жесткой ткани камзола:
— Мне страшно, мне очень-очень страшно, но я умоляю тебя не ходить за мной! — девушка чуть отстранилась и заглянула в глаза мужчине: — если ты будешь жив, у меня будут силы жить, пусть даже там, — она не удержалась и все-таки всхлипнула.
Дугал крепко обнял ее в ответ, заглянул в глаза:
— Я найду тебя везде! — шепнул он, крепко целуя дрожащие губы любимой.
Она потянулась к нему, и на какое-то мгновение они забыли обо всем. Стих ветер, замолчало пламя костра, перестали стучать копыта коней, а потом ветер снова завыл, огонь полыхнул и Веданика просто растаяла в руках Дугала, вместе с туманом, вместе с армиями фейри.
Вслед за туманом пришел рассвет. Магова пустошь затихла. Оставшиеся шестеро отсыпались в палатках вместе с магами. Возницы варили на костре кулеш, собираясь плотно поесть перед дальней дорогой, а Дугал Гвин тенью бродил среди поникших пучков сухой травы. Опытный воин видел следы войска, шел по ним, но фейри затерялись между холмов — следы сперва истончились, а потом и вовсе исчезли. Добравшись до нетронутой, покрытой инеем травы «ястреб» глухо застонал, и не выдержав, рубанул мечом самые высокие кусты полыни.
— Сын! — голос магистра не стал неожиданностью, Гвин видел, что отец наблюдает за ним, но подсознательно майор вздрогнул. — Девушки здесь нет. Предлагаю вернуться в столицу, поискать тех, кто общался с фейри, наверняка из холмов возвращались.
Дугал покачал головой:
— А что, если она сможет вернутся?
— Ты в это веришь? Фейри забрали жертву. Я не предлагаю тебе искать способ вернуть ее, я предлагаю тебе найти способ проникнуть в сид и остаться рядом с ней.
— Я не маг, — с сожалением вздохнул Гвин.
