К концу занятий моя заместительница все же не смогла сдержать любопытства и поинтересовалась, куда делся магистр Далорос.
— Магистр Далорос заболел. Не беспокойтесь, ничего серьезного. Думаю, через пару дней он вернется к работе.
— Как же заболел, — фыркнула я себе под нос, складывая тетради в сумку. — Небось, черноту от шрама никак запудрить не может.
Странным и совершенно неожиданным образом слова декана о кураторе снова подняли во мне необъяснимую внутреннюю волну злости.
— Какую черноту? — навострила зеленые ушки Эйсма. — Ты вообще о чем?
— Как какую? — повернулась я к подруге. — У него шрам на правой щеке. Неужели ты не обращала внимания? От него еще черные нити тянутся и сами собой двигаются.
— Какие черные нити? — хлопнула глазами Эйсма. — Ветер, с тобой все нормально? У куратора есть шрам на щеке, но он практически незаметный. Я только вчера на него внимание обратила, когда тебя на отработку принесла. И уж точно никаких черных нитей там нет.
Вот теперь я захлопала глазами на Эйсму.
Как это нет? Я же видела. И Эйсма не могла не видеть — такое не заметить невозможно. Особенно когда эта чернота больше, чем половину лица занимает.
Глава 15. Новые знакомства
На полетах мы с Заразой уныло сидели на камне, наблюдая, как мои одногруппники пытаются приручить свои метлы. Стоило нам вдвоем ступить на полигон, как нас сразу отправили «посидеть в сторонке» как особо преуспевающих и в тренировке не нуждающихся. Зараза предлагала полетать, но я отмахнулась. В данный момент меня больше волновали слова Эйсмы относительно шрама куратора и мысль о том, как бы мне узнать, это только я вижу странную черноту на его лице или только Эйсма не видит ее. Ведь напрямую я ни у кого о таком не могла спросить.
Следующая пара, история ведьмовства, отправила меня чуть ли не к истокам образования магии, ибо ведьмы были одними из первых, кто научился использовать магическую силу. К тем же истокам сегодня меня отправили и на первом профильном предмете «Практические основы проклятий». Таким образом, можно было сказать, что учебный день в целом прошел спокойно. Осталась только отработка предупреждения, полученная от куратора в первый день, и архив как отработка наказания от ректора.
Вместо куратора после занятий меня встретила декан. Молча взяла мой лист наказаний, а затем отправила меня на садовый участок номер пять.
Надеюсь, что сегодня неприятности обойдут меня стороной. Хотя бы потому, что вчера я их получила с запасом на год вперед.
Чтобы добраться к садовому участку, мне снова пришлось воспользоваться порталом. Рамка вынесла меня во двор маленького аккуратного домика, покрашенного белой известью и покрытого веселой голубой черепицей. Не успела я подойти к двери, как из домика мне навстречу вышло странное существо. Мимолетного взгляда было достаточно, чтобы понять — передо мной не человек. Как-то наша заведующая кафедрой поехала в Китай. Из поездки вместе с кучей всяких безделушек она привезла небольшие фигурки богов, вырезанные из дерева. Это была удивительно тонкая работа мастера, в которой каждая прожилка отполированного до блеска красно-коричневого цвета древесины дополняла странный образ чужого бога. Сейчас, глядя прямо перед собой, я видела живое воплощение маленькой деревянной фигурки. Не общим сходством, а именно древесной краснотой кожи, больше похожей на отполированную древесину.
Руки сами тянулись пощупать появившегося передо мной высокого худого мужчину, но я мужественно терпела.
— Вы на отработку? — спросил он, тоже внимательно оглядывая меня.
— Да, — кивнула я, все еще пытаясь убедить себя, что передо мной живое существо, а не выросшая до размера человека статуэтка из китайского магазинчика.
Интересно, какой он расы? Из всех древних мифологических существ, которых я знала по роду своей деятельности, он больше всего походил на дриад. Во всяком случае, кожа-древесина намекала именно на такое родство.
— Пойдемте, — дриад повернулся назад к двери, — вы очень вовремя.
Я зашла в дом вслед за дриадом и в очередной раз удивилась какой-то странной аккуратности этого места. Все выглядело излишне правильным, выверенным до миллиметра, и в то же время невероятно милым. Словно сказочным. Секаторы не висели на стене, а стояли в вазе на столе как букет цветов. Здесь же рядом были выложены мотки веревки, скрученные таким образом, что я сначала приняла их за плетеные вазочки. В рамочке на стене висели разноцветные корешки, а с потолка свисала целая гирлянда стеклянных колбочек, заполненных различными семенами.
— Пожалуйста, наденьте это, — дриад отвлек меня от осмотра помещения, протянув мне… огромные сапоги? И к ним кожаный фартук и здоровенные кожаные перчатки!
Вот сразу не понравилось мне все это. Особенно когда дриад, выведя меня через другую дверь в сад, вручил мне обычную совковую лопату. Ощущение сказки пропало за доли секунды, а таракашечки в моей черепушке похватались за головы и устроили игру «кто быстрее спрячется под плинтус головного мозга». А уж когда мы подошли к целой горе, пусть будет перегноя, я осознала — это война.
