– Помнится, ты говорил, что дворцовая жизнь тебя угнетает, – заметила я, криво улыбаясь. – Неужели твое сердце лежит под подушкой одной из придворных дам?
– Это под моей подушкой лежит целый набор, – фыркнул он, подходя ко мне и неловко обнимая. – Отлично выглядишь. Военная форма тебе идет.
– Извини, не могу сказать тебе ничего в ответ, – я прыснула, рассмотрев его наряд ближе. Даже Тью, самый большой любитель золота и драгоценностей, которого я знала, и тот одевался скромнее.
– Ты просто невежда, – он высокомерно махнул рукой, усыпанной кольцами. – Хотя мне казалось, драконы должны любить побрякушки?
– И раз в месяц непременно закусывать красивейшими девушками, чистыми и невинными, – я серьезно кивнула, стараясь не расхохотаться. – Борюсь со своей природой, как могу!
– Ну-ну, смейся, – он прищурился. – С тех пор, как ты отлежалась в лечебнице и умчалась восстанавливать границы, мы и не виделись толком. Я так и не спросил тебя, как ты это провернула – как обрела вторую форму. Ты же под конец совсем спятила, даже нас с Уммой не узнавала!
– Ах значит спятила? – я скрестила руки под грудью, наигранно обижаясь. – Ну раз так, черта с два я тебе расскажу, как стать драконом.
– Эй! – раздраженно воскликнул он. – Одри, хватит издеваться, это не честно! Значит, как мучить меня своими опытами, так Сирил пожалуйста, а как делиться знаниями, так сразу на попятную?…
Мы шли по галерее, а он не переставал клянчить, подбираясь к теме то с одной стороны, то с другой, а я и не думала его останавливать: Сирил делал уж очень умильную мордашку, когда ему что-то было нужно.
– Одри-дракон! Одри-дракон! Одри-дракон!…
Нилс попался нам в одном из коридоров на пути наверх. Увидев меня, он завопил и бросился навстречу. Мне хватило сил подхватит его на руки, и он обнял меня за шею.
– Ты покатаешь меня в небе!? – спросил он, тараща на меня голубые глазенки.
– Если папа разрешит, – я тронула его милый скругленный нос и убрала за ухо прядь выбившихся черных волос. Сердце кольнуло: за год он подрос и стал еще больше похож на Томаса с Эдвином. – И если не скажешь маме…
– Я ни за что ей не скажу!
– Это что это ты мне не скажешь?
Рик появилась из-за угла в самый подходящий момент.
– Ваше величество! – Сирил раскланялся в лучших традициях придворного мага, но Рик даже не взглянула на него. Она спешила обнять меня.
– Ты чудесно выглядишь, – улыбнулась она, отстранившись.
– Умма была права, нужно чаще бывать на свежем воздухе, – я улыбнулась в ответ. Нилс попросился на пол, и я опустила его. – Как дела во дворце?
– Не жалуемся, – она вздохнула, мельком взглянув на лыбящегося Сирила. – С магами дела по восстановлению идут быстрее. Спасибо Сирилу: он взял дела в свои руки.
– Нужно же нам как-то соответствовать проявленную королевской милости, – ответил тот, но по его голосу было понятно, что он очень ждал этой похвалы.
Я удовлетворенно кивнула: приятно было знать, что колдунов во дворце ценят.
Вечером состоялся ужин в тесном семейном кругу, но чуть более торжественный, чем обычно. За вином и яствами я рассказывала Томасу и Рик о результатах путешествия к границам, иногда разбавляя отчеты забавными историями про то, каково это быть драконом, чтобы Нилс не заскучал. Позже, когда Рик с сыном отправились спать, мы с Томасом остались одни и решили перебраться в сад, прихватив с собой вина: захотелось вспомнить старые времени.
– За нас! – я предложила тост, и мы ударились кубками, посмеиваясь.
Томас разом отпил добрую половину и откинулся на спинку скамьи, блуждая по пространству захмелевшим взглядом. Вдруг его глаза застыли, и лицо переменилось: я посмотрела туда же, куда и он, и увидела скамью, где в прежние времена сидел Эдвин.
– Я о многом сожалею, – признался Томас, ссутулившись.
Из жизнерадостного отца семейства он обратился в человека, съедаемого горем и виной, перемена случилась настолько быстро, что я удивилась, но потом поняла: он давно держал эти мысли в себе и теперь хотел выговориться. Это был первый раз, когда мы остались одни, – и когда я была в состоянии его выслушать.
Я подалась вперед, приготовив все свое внимание. Он продолжил говорить.
– Когда вы ушли и я встретил Рик… Она такая хрупкая, я не мог рассказать ей о своем прошлом, понимаешь? – он бросил на меня взгляд, полный сожалений. – Я не хотел даже вспоминать о нем: о родителях, о годах, проведенных в лесу… обо всем. После всего тихая и мирная жизнь, которую мне подарила Рик, казалась раем на земле, я и не мечтал о таком счастье, и готов был на все, чтобы сохранить его. Мои страхи ослепили меня… И все же мне стоило пересилить себя и написать вам. Познакомить вас с ней, рассказать о Нилсе. Я ни о чем так не жалею, как о своем малодушии.
Я тронула его плечо, ободряя.
– Не стоит, – произнесла я, чуть сжимая пальцы. – Мы с Эдвином не самая приятная компания. От нас были одни беды, так чего удивляться? Думаю, эти седые пряди на твоих висках от моих выходок. Все до единой.
Я провела по его волосам, и он посмотрел на меня, криво улыбнувшись.
