Однажды я уже выбрала Эдвина, а вместе с ним его прошлое и будущее, мое место рядом, даже если он потерялся в своих кошмарах. Если оставаться с ним означало провести жизнь с драконом в развалинах, я была готова на это.
Томас вернулся к своей семье, а я к своей.
До сих пор мне никогда не приходилось зимовать самостоятельно, и, к моему удивлению, это оказалось тяжелее, чем я думала. Даже с помощью магии, решавшей так много проблем, мне было непросто раздобыть дрова, которые согревали бы меня, пока я сплю, или унять сквозняки в комнате. Хозяйкой я была никакой, и понятия не имела, как содержать такое большое жилье.
Как-то вечером мы с Эдвином сидели у костерка. Он грелся пламенем, а я куталась в теплую шаль, подаренную Рик. Она уже была порядком потрепана, но другой мне не хотелось. Вдруг я чихнула, почувствовав неприятный озноб, и это было начало.
Простуда должна была пройти сама, я пила много горячего и старалась оставаться в тепле. Стоило отправиться в город, чтобы купить лекарств или хотя бы отогреться, но я все оттягивала: не хотелось оставлять Эдвина одного. В последний раз, когда я ушла, он несколько дней ждал меня у границ, не улетая даже чтобы поесть, а когда я вернулась, не отходил от меня и задабривал подарками, всякими поломанными человеческими вещицами, которые бог знает где находил.
Одну из таких побрякушек он потом забрал себе, чем-то она его зацепила. Это было старое веретено, которое он любил раскручивать. Я не знала, была это его драконья причуда, или веретена что-то значили для Эдвина, но его поведение заинтересовало меня, и я стала проводить с ним больше времени, надеясь, что увижу еще что-то… что-то, что возможно подскажет мне ключ.
Я не уходила, хотя стоило, начался кашель, который становился все сильнее. Выходить на улицу стало сложно, я больше спала, отогреваясь под одеялом, но лучше мне не становилось.
Эдвин рыскал под замком, заглядывая в комнату через окна, которые мне с грехом пополам удалось заколотить от ветра. Выйти и успокоить его я уже не могла: не был сил. Тогда я поняла, что мне нужна помощь, и, собрав все силы, написала Умме. На мое счастье, она и несколько колдунов находились на тракте, и прибыли через пару дней.
Эдвин пропустил их на территорию, как позже мне рассказали, он даже показал им вход и мою комнату, так что помощь пришла как нельзя вовремя.
Маги взялись и за меня, и за замок. Я питалась исключительно лекарствами и покрылась парой слоев согревающих мазей, они прогрели один из этажей замка, запечатав все ходы, Умма отправилась в город и вернулась через несколько дней с группой мастеров, заготовками для дверей и ставней.
Не знаю, как они провернули все это под носом у Эдвина, но дракон никого не тронул, разве что разломал пару деревяшек, чтобы не думали, что происходящее его не волнует. Когда я поправилась и вышла из комнаты, я не узнала свое жилище: это был пустой, но теплый и чистый особняк в пару этажей.
Кухню наполняли чудесные запахи, в каждой комнате горел свет. Магов заметно прибавилось, несколько мастеров задержались, найдя для себя в стенах замка отличный зимний заработок, и все новые жильцы собирались в большом зале по вечерам, чтобы сыграть в карты. После холодных одиноких вечеров я нежилась в знакомой атмосфере замковой суеты, и искренне надеялась, что гости останутся подольше.
Эдвин игнорировал людей, сколько мог, но скоро перемены в замке коснулись и его. Осмелевшие маги пробовали подружиться с ним, поднося разные подарки, некоторые, кто знал его в прежнем обличие, говорили с ним, пытаясь вызвать старые воспоминания. Мне хотелось верить, что он слушал их с каждой неделей все внимательнее.
По весне несколько мастеров пришли ко мне с просьбой привезти в замок семьи. Я с радостью согласилась принять их: свободных комнат было хоть отбавляй, а помощь в хозяйстве мне нужна была больше воздуха. Томас не жалел для меня средств, а когда узнал, что замок постепенно возрождается, выделил из казны ежемесячное содержание.
Маги снова пришли ко мне с просьбой обучить их фокусам поинтереснее, и я не решилась им отказать, – не хотела, чтобы они уходили. Так у нас образовался своеобразный кружок по интересам, мы собирались в одной из самых просторных комнат два или три раза в неделю, и я пересказывала всем желающим главы из «Обличья сил».
Весной, когда потеплело, мы стали собираться на улице, нередко возле излюбленного места Эдвина, и дракон получил почти ежедневные бесплатные представления.
Прослышав о замке, где живет группа магов, к нам забрел один юноша. Он пробыл несколько дней, а потом попросился учиться с остальными, пообещав, что взамен поможет с восстановлением замка. Руки, тем более знавшие помимо молотка еще и магию, лишними не были, и я согласилась принять его.
Не знаю, где он учился до того, как попал в замок, но у бедолаги все выходило хуже некуда. Уже шестое занятие он пытался удержать в воздухе горсть воды, но не мог даже поднять ее из ведра, не расплескав себе на штаны.
