— Дурак твой Нил! Ты что ли маму свою не знаешь?
— Мама злится на меня, что зелья разлил. Она меня превратит в лягушку.
— Черт, — прошипел Никандр, когда услышал около самой двери треск и грохот.
Он подхватил в одну руку Ратор, другой схватил Салия и Кандрия, которые жались друг к другу, и бросился к выходу. Потолок над ним весь покрылся сетью трещин и пока он бежал к лестнице, то даже не прислушивался к тому, что происходит по сторонам, он смотрел на него и молился, чтобы он не обвалился. Поэтому чуть не свалился в пропасть, когда выскочил на лестницу, а вернее на то, что от неё осталось.
Не хватало всего нескольких ступеней, которые он мог бы с легкостью перепрыгнуть, однако не тогда, когда у него на руках трое орущих и бьющихся в истерике детей.
— Никандр, — позвала Ламия откуда-то сверху. Он обернулся и увидел её среди испуганных девушек, которые растерянно смотрели на такую же дыру, какая была перед ним, но больше.
— Стойте там. А лучше зайдите на этаж! Вас слишком много! Лестница снова рушиться начнет! — скомандовал Никандр, перегибаясь через перила и глядя на бегущих внизу людей. — Фавий! — заметил он друга.
Тот растерянно вскинул голову вверх, но сориентировался быстро и вскоре уже был внизу закончившихся ступеней Никандра вместе с несколькими девушками.
— Бросай! — скомандовал друг, быстро осматривая ступени и протягивая руки вперёд. — Я поймаю.
— Что! — завизжала Ламия сверху. — Не смей бросать моих детей!
— Тут небольшое расстояние. Докинешь. Я поймаю, — настаивал Фавий, продолжая протягивать руки.
— Никандр, вернись на этаж немедленно!
— Давай, Никандр, бросай! Сейчас опять обвал начнется! — перекрикивая Ламию, рявкнул Фавий.
— Лови, — кивнул король, перекладывая Салия в руку, в которой был зажат Ратор, и замахнулся Кандрием.
Ребёнок завизжал вместе и матерью. Но был успешно пойман Фавием и передан одной из женщин, которая тут же бросилась вниз.
— Хорошо. Ловлю следующего! Давай!
— Осторожно, — попросил король непривычно бледный и испуганный, чувствуя, как пол дрожит под ногами и замахиваясь на этот раз Салием.
— Поймал! — объявил Фавий громко, чтобы слышал не только Никандр, но и Ламия. — Давай Ратора, потом пусть женщины прыгают к тебе. Будешь ловить их там, а я здесь.
Никандр несогласно качнул головой, вцепляясь обеими руками в сына.
— Нет, не брошу. Он точно упадет, — ответил, а затем обернулся к Ламии, которая с трудом стояла на ногах, опираясь о стену. — Он боится! — крикнул ей, зная, что она поймет, чего именно страшится сын. — Вам вреда не будет. Я прыгну и увезу его из замка.
— Что? — отчаянно переспросила Ламия. — Ты разобьешься! — возмутилась она. — На тебя проклятье тоже действует! Отдай его мне! Я прыгну с ним! — она попробовала оттолкнуть девушек у себя за спиной, думая, как перебраться на ступени Никандра.
— Ламия, подо мной пол дрожит, — предостерег он её. — Спустишься и мы все упадем.
— Не смей прыгать! — приказала она неожиданно решительно. — Я знаю, что делать! Жди!
— Ламия? — удивился он, когда она принялась расталкивать девушек на своём пути, поднимаясь на этаж, который находился выше его, а затем скрываясь за поворотом. Девушки испуганно переглядывались. Никандр растерянно смотрел на друга, продолжающего протягивать ему руки, потом переводил взгляд на пол у себя под ногами и продолжал прижимать к себе перепуганного не больше его самого сына.
— Никандр, некогда больше…
С верхнего этажа послышал грохот, девушки завизжали, пол под ногами Никандра стал уходить из-под ног, и он прыгнул в объятья друга, который затащил его на ступени.
А над головой тем временем послышались отчаянные крики перепуганных чаек:
— Госпожа! Госпожа! Госпожа! Госпожа! Госпожа!
— Ламия!!!!! — в ужасе заорал он, запоздало понимая, что именно она могла придумать за считанные секунды, чтобы спасти сына, ставшего жертвой проклятья. — Держи! Держи его, — Никандр толкнул Ратора в руки Фавия. — Вынеси его из замка, возьми Салия и Кандрия и езжайте в столицу. Срочно. Не останавливайтесь… И Нила Релы захвати. Он похоже тоже напуган проклятьем.
— Что? — не понял друг.
— Быстро! — скомандовал Никандр, глядя на этаж, с которого только что спрыгнул, и раздумывая как вернуться обратно.
Буря и разрушение замка закончились также неожиданно, как и начались. Никандр забрался на этаж выше через окно и выступы в стене. Ни одна из его рук и ног ни разу не соскользнула пока он карабкался, он не споткнулся и не задохнулся из-за поднятой в воздух пыли, на него не упал ни единый камешек.
— Ламия!!.. — снова заорал он, ступая по камням, обрушившегося потолка, поднимая голову вверх и понимая, что рухнул не только потолок над ним, но и потолок над этажом выше. — Ламия!!
Он нашёл её в завалах, придавленную плитой. Она ещё дышала и была в сознании, когда он, а следом за ним несколько женщин смогли попасть на этаж, кто-то спрыгнув с уровня выше, кто-то забравшись сюда как и он через окно.
— Ламия, посмотри на меня, — он присел у её головы, отводя волосы от лица и вкладывая пальцы в её раскрытую ладонь.
