Старшая женщина, в отличие от стражниц, была одета в обычную одежду: штаны, рубаху и дико смотрящийся без юбки корсет. Телосложения женщина была внушительного, но сказать, что она толстая, было нельзя. Она обладала по-мужски широкими плечами, развитой мускулатурой и выдающимся бюстом. Ко всему этому богатству прилагалась длинная толстая коса пшеничного цвета, ярко-голубые глаза и миловидное лицо. Словом, и старшая женщина тоже была очень красива, даже несмотря на своё нестандартное телосложение.
Следом за женщиной со стены спускались две большие черные кошки — пантеры. Обе облизывались, глядя на вновь прибывших, но больше никакой агрессии не выказывали. В отличие от огромных волков, которые медленно приближались со всех сторон от замка к открытым воротам. Кони по мере их приближения занервничали, начали отступать, заржали.
— Вам лучше спешиться, — посоветовала одна из стражниц, наблюдая за тем, как Никандр борется со своим конем.
— У нас здесь мирных коняшек любят только на обед, — проворковала вторая, дотрагиваясь до морды коня короля и глядя ему пристально в правый глаз. Животное, словно заколдованное, замерло, и Никандр поспешно слез на землю, подозрительно глядя на волков, некоторые из которых приблизились достаточно близко и застыли в паре шагов от них.
Точно так же, как королю, девушки помогли спешиться и Фавию с Ритом. Коней они подхватили под уздцы, утягивая в сторону замка.
— Не бойтесь, вернем в целости и сохранности, — сказала девушка воину, когда он попытался вырвать у неё поводья.
— Если будет кому возвращать, — поддакнула вторая.
И обе весело засмеялись, уходя и оборачиваясь на мужчин, за которыми с грохотом захлопнулись ворота.
— Ну, пойдёмте, гости дорогие, — сказала Дарана, громко шлепая по грязи у стены, а затем по мокрой брусчатке.
Она как ни в чём не бывало приблизилась к полукругу, который вокруг них образовали волки, те расступились перед ней, пропуская к замку. Пантеры шли за ней в одном строю не отставая. Никандр беспокойным взглядом обвёл хищных зверей, которые продолжали смотреть на них голодными желтыми глазами, и первым двинулся следом за женщиной.
— Стой. Что ты делаешь? Загрызут, — поймал его руку Фавий, сжимая другой рукоять меча, висящего на поясе.
В подтверждение его слов ближайший к мужчинам волк зарычал, обнажая клыки, шерсть его встала дыбом, и он пригнулся к земле, будто готовился прыгнуть. Никандр отшатнулся назад.
— Сердечко моё любимое, успокойся. Это гости, — окликнула его ласково женщина, но волк так и продолжал угрожающе рычать. А потом прыгнул. — Сердце! Нельзя! — заорала женщина.
Волк в полете дернулся, приземлился под ноги короля и заскулил подобно собаке, пятясь назад.
— Простите. Гости у нас редко бывают. Они эту команду плохо знают, — снова ласковым голосом обратилась женщина к мужчинам. — Ламия их в основном на врагов науськивает да на мужчин. Сами понимаете: одинокая женщина пытается себя защитить…
Фавий закивал поспешно, хотя взгляд его красочно говорил: «
— Пойдёмте скорее, а то на улице сегодня особенно мерзко. Я уже замерзнуть успела, — пожаловалась женщина, продолжая свой путь.
Околевшие от холода мужчины лишь обменялись злыми понимающими взглядами. Тетушку Дарану они уже единогласно ненавидели.
Около замка стояло ещё несколько женщин в доспехах. И многие из них проводили их усмешками. В замке же их встретила дама в годах. Представилась она тетушкой Рамилией. Она также поразила мужчин красотой, даже несмотря на свой возраст. Так тридцатипятилетнему Никандру она годилась в матери, но он сразу отметил и ясность её глаз, и невероятный огненный цвет волос, собранных в пучок под золотой сеткой. Одета она была в длинное алое бархатное платье, украшенное золотом. Сопровождали её шестеро юных, прекрасных девушек.
Они были босы, простоволосы и практически обнажены, если не считать платьев-накидок, которые больше напоминали нижнее белье благородных дам. Их украшали тоненькие блестящие цепочки на волосах, удерживая которые они задирали подбородок и смотрели на всех свысока. На шеях были кружевные украшения, напоминающие ошейники. Накидки их были разных цветов, но все насыщенных оттенков: алого, изумрудного, синего, пепельного, черного. Они словно подчеркивали, оттеняли мрачность замка, который внутри был таким же зловещим, как и снаружи. Каждую женщину сопровождали такие же, как у Дараны, пантеры.
— Вот, — кивнула женщина-стражница на мужчин. — Ещё один король к Ламии. На этот раз Шеран.
Рамилия удивлённо подняла брови, а затем перевела взгляд на Никандра.
— Шеран? — переспросила она. Король кивнул. — Насколько я знаю, Шеран большое и сильное государство. Стоит ли вам связываться с Салией?
— Вы мне угрожаете? — нахмурился Никандр.
— Что вы! — всплеснула руками Рамилия. — Просто не понимаю, зачем королю такого сильного государства связываться с Госпожой Ламией. Неужели вы не знаете, что про неё говорят?
— Это не ваше дело. Я буду говорить с королевой, а не с вами.
