Калиста лежала в постели, положив на колени домашнее задание, хотя ни на чём не могла сосредоточиться. Внизу, в комнате для спиритических сеансов, слабо зазвонил телефон. Наверное, это мистер Винтерс хотел спросить про сына. Калиста понимала, что игнорировать его невежливо, но не знала, как сказать, что Девон уже не вернётся. По крайней мере, если бы она нашла труп, мистер Винтерс мог бы как-то примириться со своей потерей.
Когда телефон перестал звонить, Калиста посмотрела на тетрадь с невыполненными заданиями. Она отстала в школе, и это её тревожило. Впрочем, за ужином мама сказала, что до конца недели занятия отменили. После того как Паркер пропал прямо из школы, директор решил принять меры предосторожности.
Кто-то постучал в окно, и Калиста вздрогнула. Она повернулась, полагая, что это просто жук ударился о стекло. Но стук раздался снова. Очень осторожный.
Калиста робко встала и медленно подошла к окну. Она взглянула на термометр, потом принюхалась… ничего необычного. Тем не менее сердце у неё ушло в пятки. Она отвела занавеску и тут же отступила вбок, прежде чем выглянуть. К своему удивлению, на лужайке она увидела живого человека. Калиста даже не сразу поняла, что это Уайленд Дэвис.
Как… неожиданно. Калиста в замешательстве подняла палец, давая понять, что сейчас выйдет. Она подумала: «Зачем он пришёл? Случилось что-то ещё? И… откуда он знает, где я живу?»
Калиста надела кеды и натянула свитер прямо поверх пижамы. Пригладив волосы, она быстро пошла вниз.
В доме стояла тишина, когда она вышла в переднюю. Мама и сестрёнка спали, папа и бабушка до утра удалились в комнату для сеансов. Они не испытывали нужды в сне, просто любили тишину. Они говорили, что это помогает им сохранять ясность ума. Вроде подзарядки.
Калиста вышла на крыльцо и аккуратно прикрыла за собой дверь. В небе мелькнула молния и послышался раскат грома. Собиралась гроза.
Прежде чем поздороваться, Калиста и Уайленд сели на крыльцо. Оба приуныли. Отчаялись.
Вьющиеся волосы Уайленда выбивались из-под кепки. Поверх футболки на нём была спортивная куртка. Калиста видела, что ему холодно, но он изо всех сил старался этого не выдавать. Судя по всему, Уайленд пришёл, не успев ни о чём задуматься. Пришёл, потому что внезапно так решил.
– Ну… как дела? – тихо спросила Калиста, не зная, что ещё сказать.
– Держусь, – ответил Уайленд и с трудом сглотнул. – Дома… мама всё время плачет. Я сам не думал, что пойду к тебе. Но мне надо спросить. Ты понимаешь, чтó произошло? – спросил он на грани слёз. – Когда ты говорила со мной утром, ты уже знала, что мой брат пропал?
– Нет, – немедленно ответила Калиста. – Нет, конечно.
– Но ты же видишь… разные штуки.
– Не в этом смысле. Я не предсказываю будущее.
Калиста сама не знала, как объяснить, что она умеет. Собственно говоря, было много вещей, которые она
– Короче, этого я не умею, – сказала она.
Снова мелькнула молния, озарив облака на несколько секунд. Гром прозвучал ближе. Калиста вздрогнула.
Уайленд некоторое время молчал. Обоим явно было неловко.
– Я слышал… – наконец сказал он и снова замолчал; Калиста чувствовала, что от него исходит страх. – Я слышал, ты умеешь разговаривать с мёртвыми.
Калисте не хотелось отвечать. Это была её главная способность. И в то же время самая жуткая. Наверное, именно поэтому другие ребята с ней не общались.
– Да, иногда, – сказала она, покривив душой.
Уайленд выпятил губы, словно собирался заплакать. Когда он вновь взглянул на Калисту, глаза у него были полны слёз.
– Ты видела моего брата, Калиста? – спросил он. – Паркер умер?
– Я его не видела, – сказала Калиста, кладя ему руку на плечо, чтобы утешить.
И тут же на неё нахлынули чужие воспоминания. Вот Уайленд и Паркер играют в баскетбол во дворе и Уайленд поднимает братишку повыше, чтобы тот мог забросить мяч в корзину. Вот они вместе катаются на колесе обозрения. Уайленд любил брата, искренне любил. И теперь переживал полное опустошение.
Но больше всего Калисту в тот миг смутило ощущение, что у неё отчасти есть ответ. Она знала, где находится Паркер. И не могла этим поделиться.
Над домом пролетел самолёт, и от гула крыльцо затряслось. Уайленд с удивлением поднял голову, но в этой части Мидоумера все уже привыкли к шуму самолётов и не обращали на них никакого внимания.
Калиста обернулась на дом. Свет нигде не горел. Было почти десять, и мама давно спала. Стоило послушать папу и бабушку, дождаться тёти, которая знала, что делать, но боль Уайленда продолжала захлестывать Калисту, и она просто не удержалась.
– Кое-что… – начала она, и Уайленд повернулся к ней. – Я кое-что знаю.
– Что? – спросил он, явно догадавшись, что Калиста собирается сказать нечто очень важное.
– Ты веришь в мой дар? – осторожно спросила она.
Уайленд шевельнул губами, но ответил не сразу. Он взглянул на Калисту, словно споря с самим собой, а потом пожал плечами.
