Она улыбнулась, Уайленд тоже.
– И я так думаю, – сказал он.
Лёгкий ветерок зашуршал листьями на деревьях и взметнул волосы Калисты. Отводя прядь с губ, она вдруг услышала эхо, слабый зов – и на мгновение застыла, решив, что к ним всё-таки пришел отец Уайленда.
Сердце у неё ушло в пятки, когда на лужайке появился Мак. Здесь, вне дома, его очертания светились.
– Папа? – воскликнула Калиста, вставая. – Что ты тут делаешь?
– Калли, – сказал Мак жестяным голосом, как в телефонной трубке при плохой связи.
Сквозь его туловище была видна улица. С тех пор как Мак стал привидением, Калиста никогда не видела его вне дома. Она не знала, как это повлияет на папу.
– Твой папа здесь? – спросил Уайленд, вскочил и начал озираться.
В его голосе звучали страх и любопытство. Он, конечно, не видел Мака, хотя отец Калисты стоял от него в двух шагах.
– Иди домой, Калли, – сказал Мак, и её имя эхом отдалось в воздухе. – Там твоя сестра. Иди домой, к Молли!
У Калисты заколотилось сердце; не дожидаясь дальнейших объяснений, она сорвалась с места. Она бросила Уайленда в парке, смущённого и встревоженного.
«Что с Молли? Пожалуйста, пусть всё обойдётся! Ну пожалуйста!»
В панике она бежала к дому со всех ног. И уже почти добежала, когда услышала крик.
Мамин вопль потряс Калисту до глубины души; она споткнулась и едва успела упереться рукой об асфальт, чтобы не упасть.
– Молли, – в ужасе сказала она, выпрямилась и быстро взбежала на крыльцо.
Калиста влетела в прихожую и лихорадочно огляделась. Никого. Она открыла рот, чтобы кого-нибудь позвать, но тут сверху снова долетел мамин крик.
Прыгая через две ступеньки, Калиста побежала в комнату Молли. Дверь была распахнута. Войдя, Калиста почувствовала лютый холод, настоящий мороз. На окне и на зеркале лежал иней.
Нора стояла у окна и рыдала, закрыв лицо руками. Калиста повернулась и увидела, что тётя сидит у пустой кроватки, прижав телефон к уху.
– Да, – сказала Фрея. – Девочка пропала, шериф. Исчезла!
Она подняла голову и посмотрела на перепуганную Калисту.
– Не может быть, – произнесла та, отступив на шаг.
Не может быть. Она наложила на дом защитное заклинание!
Калиста почувствовала, что задыхается.
Бабушка Джози сидела в любимом креслице Молли, плотно запахнув на плечах шаль, и тихо плакала. Мак возник рядом с Калистой.
– Спокойней, – велел он. – Не хватало, чтобы ты сейчас упала в обморок. Крепись.
Калиста отдышалась и взглянула на отца.
– Что… случилось? – с трудом проговорила она.
Прежде чем папа успел ответить, Нора услышала голос дочери и подняла голову.
– Ох, слава богу! – воскликнула она и бросилась к Калисте.
Пробежав прямо через Мака, Нора обняла дочь и крепко прижала к себе.
– Молли пропала, – проговорила она, не выпуская Калисту.
Она отстранилась, чтобы взглянуть на неё, отвела Калисте волосы с лица и спросила дрожащим голосом:
– Когда ты видела Молли в последний раз?
– После ванны, – сказала Калиста, потрясённая и полная ужаса. – Я… я уложила её в постель после мытья. Прости, мама, – и она расплакалась. – Не надо было оставлять её одну, прости…
Нора покачала головой, как бы говоря, что Калиста не виновата. Она осушила слёзы и собралась с силами.
– Я услышала шум, – произнесла она, словно выступая на суде. – Молли позвала меня. Я подумала, что ей приснился кошмар. Когда я прибежала, в комнате было очень холодно. Молли исчезла. Её нигде нет, Калиста, – сказала она, устремляя на дочь покрасневшие глаза. – Где она?
– Мама, я не знаю, – плача, ответила Калиста. – Не знаю!
Фрея, по-прежнему сжимая в руке телефон, подошла к ним.
– Полиция уже едет, – сказала она.
Они с Калистой переглянулись и со страхом подумали об одном и том же.
Молли забрала Эдвина.
Дом обыскали от подвала до чердака, участок тоже. Молли как будто просто растворилась в воздухе, но это, разумеется, было невозможно. Поэтому полиция предположила, что в начале десятого кто-то пробрался в дом и похитил девчоку.
Калиста сказала, что была в парке. Она собиралась солгать, но это уже не имело никакого значения. Ничто не имело значения, кроме Молли. Лучше бы она вообще не выходила из дома!
– Это я виновата, – пробормотала тётя, наблюдая за тем, как полицейские обыскивают дом. – Заклинание было слабое. Прости…
Она сжала кулак и прикусила костяшки, сдерживая рыдания.
Калиста вовсе не сердилась на тётю… просто она была потрясена. Она полагала, что Фрея способна их защитить, что она – взрослый человек, который всех спасёт. Но Эдвина оказалась сильнее. Калиста до сих пор не думала, что есть кто-то могущественней тёти Фреи.
К ним явился шериф Миллс. Он предположил, что похититель вошёл в дом через незапертую дверь. Хотя Калиста знала, что Эдвина не нуждается в дверях, несколько полицейских осуждающе взглянули на неё. Ей захотелось спрятаться. Но отчасти Калисте казалось, что она заслужила это осуждение. Напрасно она оставила сестрёнку одну.
