– Может быть, пора это прекратить, – тихо сказала Фрея Норе. – Пора жить дальше.
Нора взглянула на неё, и у Калисты сжалось горло. Вряд ли тётя хотела обидеть маму. Вероятно, она даже была права. Но Калиста приняла эти слова как оскорбление.
– Они ещё здесь, – огрызнулась она. – Они сидят с нами каждый вечер.
– Ох, детка, – сказала Фрея и повернулась к Калисте, явно обеспокоенная тем, что девочка её услышала. – Я ничего такого не имела в виду. Конечно, они с вами.
Нора промолчала, но вид у неё был печальный. Она сложила тарелки в раковину и включила воду. От этого Калиста разъярилась ещё больше. Ей хотелось, чтобы мама выступила в защиту папы и бабушки, пусть даже она их не видела. Мама не понимала, чтó она переживает. Даже не старалась понять!
– Всё хорошо, – негромко произнесла бабушка Джози. – Не волнуйся, Калли. Всё хорошо.
При взгляде на неё у Калисты сжалось сердце. Вид у бабушки был утомлённый, на лице читалась тяжкая скорбь. Появление Эдвины воскресило тяжёлые воспоминания о погибшей Вирджинии. Бабушке пришлось вновь пережить трагедию, омрачившую её жизнь… и посмертие.
Калиста мельком глянула на отца. Но Мак отвлёкся – он с любовью наблюдал за тем, как Молли ест картошку.
«Он ещё здесь», – подумала Калиста. Фрея ошиблась. «Другие медиумы порой не верят в то, чего не видят собственными глазами». Может, и у Фреи так? Калиста поняла, что вот-вот заплачет.
Чтобы никто этого не заметил, она поспешно объявила:
– Я к себе.
Но едва она повернулась к лестнице, мама её окликнула:
– Калли, можешь искупать сестру? Мне надо поговорить с тётей.
– Конечно, – ответила Калиста с наигранным спокойствием и покровительственно положила руку на голову Молли. – Пошли.
Та послушно слезла со стула. И даже не попросила пирога.
Молли ещё не оправилась после посещения демона. Поэтому Калиста старалась быть с ней особенно ласковой. Она даже решила взбить в ванне побольше пены – до самого края.
В коридоре Калиста взглянула на часы. Всего семь. Купание сестрёнки – хороший способ провести время до встречи с Уайлендом.
И тогда Калиста начнёт собственное расследование и докажет, что способна защитить свою семью и весь город.
Пока Молли плескалась в ванне, роняя на пол клочья пены, Калиста сидела, прислонившись спиной к кафелю, и размышляла. Во время купания сестрёнка, казалось, ожила; она наряжала своих кукол в затейливые платья из пены и разговаривала за них на разные голоса, изображая, как Барби и Русалочка пошли на выпускной бал. Разумеется, до выпускного бала Молли было ещё далеко, но медиумы – они такие.
Калиста задумалась, когда возобновятся занятия в школе. В общем, она не скучала по урокам. Но ей хотелось видеть сверстников. Как поступит департамент образования, если пропавших ребят так и не найдут? Может быть, придётся учиться дома до лета? В ближайшее время взрослые должны принять какое-то решение…
Молли принялась негромко напевать.
– Что это за песенка? – спросила Калиста и, посмотрев на сестру, поняла, что поёт вовсе не Молли.
Испуганно ахнув, она развернулась. Напротив неё, в ногах ванны, стоял призрак маленькой девочки лет семи-восьми, в школьной форме. Она улыбнулась и помахала Калисте.
Фрея удвоила защитное заклинание, но действовало оно только против злых духов. Чары, отпугивающие всех призраков, помешали бы папе и бабушке. Но тем не менее Калиста должна была убедиться, что гостья безобидна.
– Кто ты? – спросила она, прижав руку к сердцу, чтобы успокоиться.
– Это Эвелин, – ответила Молли, продолжая возиться с куклами. – Иногда она приходит поиграть.
Калиста вытаращенными глазами уставилась на сестру:
– Ты её видишь?!
Молли рассмеялась:
– Естественно.
Она шепелявила, и у неё вышло «ештешно».
Калиста вновь посмотрела на девочку-призрака. Та открыла рот и что-то сказала, но… Калиста ничего не слышала. Она выпрямилась, придвинулась ближе и с тревогой произнесла:
– Я тебя не слышу.
– Она говорит – приятно познакомиться, – скучающим тоном сказала Молли.
Калиста взглянула на привидение. Ну вот, началось.
Она в ужасе вскочила.
Дар исчезает!
– Молли, вылезай, – велела Калиста. – Пора спать.
– Но я играю!
– Не сейчас, – сказала Калиста. – У меня дела. Давай, надевай пижаму.
Она потянулась за затычкой, и Молли протестующе захныкала.
Калиста наклонилась к сестре.
– Извини, – сказала она. – Но я тебя очень прошу. В следующий раз будешь сидеть в ванне, пока вся не сморщишься, как изюм. Сколько хочешь.
– Честное слово? – с подозрением спросила Молли.
Калиста кивнула.
– Ну ладно, – сказала Молли, всё ещё расстроенная, но, по крайней мере, не сопротивляясь.
Калиста завернула её в большое полотенце и помогла сестре надеть любимую пижаму. Она отвела её в спальню и уложила в постель.
– Почитай, если хочешь, – сказала она, вручая Молли книжку с единорогом на обложке. – Мне надо в подвал. Если что, позови. Я тебя услышу.
– Хорошо, – произнесла Молли, переворачивая страницы.
Калиста вышла и закрыла дверь. Она зашагала в подвал.
– Папа, – сказала она по пути.
Ей нужно было с ним поговорить.
– Папа, ты мне нужен.
