Берд сразу почувствовал другую энергетику по сравнению со своим прошлым визитом в Бостон осенью, так что он надеялся наконец увидеть эффекты, о которых читал в сообщениях из Гарварда, Франции и Англии. Получение доказательства полного явления духа было святым Граалем, поисками которого были заняты ученые из Британского общества психических исследований; и со времени своего возвращения из Европы доктор Крэндон намеревался увидеть, как Марджери создаст эктоплазменную форму – призрака, столь же видимого, сколь хорошо был слышен Уолтер. Берду сообщили, что Уолтер помогал сестре развить свои силы именно для этого феномена. Первым шагом, по словам призрака, были призрачные огни, которые он материализовывал. Уолтер попросил присутствующих не паниковать, когда яркие огоньки принялись плясать вокруг них; вместо этого он призывал их смеяться:
– Мы можем приходить по астральным вибрациям от вашего смеха.
Хотя обычно сеансы с Уолтером сопровождались шутками, появление огней вызвало трепет: одни были подобны туману, другие возникали в форме шаров, ромбов, прямоугольников или трилистника. Некоторые участники рассказывали о светящейся волне, напоминающей языки пламени, изображенные в стиле кубизма. С появлением этих огней был достигнут «несомненный прогресс в продвижении к материализации». Хотя такие проявления легко фальсифицировать, как сразу же указали исследователи, никто не поймал Марджери или кого-либо из круга за руку с электрическим фонариком и ни один фокусник за столом не схватил светящуюся в воздухе фигуру, чтобы обнаружить, что это материальный объект, покрытый фосфоресцирующей краской.
На самом деле то, что Берд видел той ночью и в последующие годы, поразило его до глубины души. На протяжении часа наблюдались огоньки «разнообразной яркости, размера и формы», сопровождаемые холодным ветром, достаточно сильным, чтобы всколыхнуть занавески; в другое время вспышки сопровождал стук или свист. Как ни странно, но не все присутствующие могли видеть огни – по крайней мере, не одновременно, – так что Берд задался вопросом: не способны ли некоторые видеть проявления медиумической силы Марджери лучше других.
Следом за появлением огней начались движения стола – такие же, как медиум демонстрировала в Европе. Три раза (Марджери при этом контролировали) стол кренился набок и возвращался в первоначальное положение. Затем он поднялся на две ножки, как собака, выпрашивающая галету за выполнение трюка. Наигравшись, Уолтер принялся «собирать энергию» с присутствующих, аккумулируя ее внутри кабинки медиума. Ощущались призрачные касания; Макдугалла похлопали по голове, коснулись колена. Несколько минут спустя кабинка Марджери затряслась. Теперь, когда занавески кабинки развевались, а сама конструкция зашаталась, Берду пришлось встать на четвереньки, чтобы помочь Макдугаллу и Рою контролировать медиума. В столь неподобающей позе он смог удержать ее руки, но, к его удивлению, что-то хватало и тянуло его за волосы. Доктор Робак, чьей задачей было следить, чтобы никто скрытно не ходил по комнате, подтвердил, что позади Берда никого нет. Либо медиум воспользовалась зубами, либо это было делом рук Уолтера.
Но у Берда было мало времени, чтобы в полной мере осознать произошедшее, поскольку в этот момент случилось кое-что куда более удивительное. Уолтер, видимо, схватился за светящийся шест кабинки медиума, и тот с чудовищным грохотом оторвался и обрушился на стол. Хотя Берд испугался, видя, что край шеста остановился всего в паре сантиметров от груди экстрасенса, дальше все стало еще зрелищнее. Появилась летучая мышь Сьюзи – сфера света с сияющими крыльями. Существо пролетело над столом, шлепнулось на него и принялось поводить крыльями. Уолтер поставил шест под углом – один край на кабинке, второй на столе, – и светящаяся астральная мышь стала карабкаться по нему вверх и вниз. Когда мышь исчезла, невидимый брат Марджери начал вращать шест – медленно, точно гипнотизируя присутствующих движениями полкового барабанщика, только вместо палочки у него был шест.
Следующий сеанс оказался не менее захватывающим. На этот раз шест проманеврировал сквозь лабиринт рук и ног участников. Маршрут был настолько сложным, что с точки зрения Берда такого эффекта можно было добиться либо благодаря нескольким соучастникам, либо благодаря возможности развоплощать материю. Одно он знал наверняка: шест держала не Марджери, потому что ее руки и ноги в этот момент контролировали исследователи. И Берд не понимал, кто бы мог содействовать возможному мошенничеству медиума. Во время экспериментов как в Гарварде, так и в редакции «В мире науки» за дверью демонстрационной комнаты оставался наблюдатель – обычно это был ассистент Макдугалла, – который должен был предотвратить постороннее присутствие в комнате. Чтобы убедиться в том, что никто из участников не жульничает, Робак следил за ними, тихо расхаживая по темной комнате. «Присутствие такого наблюдателя, который в любой момент может оказаться в любом месте, сломит решимость любого коварного мошенника», – говорил Берд.
