Он проводил спутницу к краю катка, на утоптанный, но вполне безопасный и не скользкий снег. Ровена надула губки, но спорить не стала. Хорошо знала, что когда в голосе Себастьяна появляются такие нотки, проще согласиться сразу. Убедившись, что падение девушке не грозит, Ян бросился вслед за ведьмой. Зачем поддался инстинкту, сам не мог объяснить. Ловко лавируя в толпе любителей зимнего катания, он высматривал Дарину. Но ее снова нигде не было. Наконец ветер снова принес знакомый аромат мороза и мяты. Ведьмочка стояла под фонарем рядом со Скаем. На нежных щеках играл румянец, каштановые волосы с легкой рыжинкой слегка растрепались. Скайнер что-то рассказывал ей, Дарина слушала и весело смеялась. Такая счастливая. Без него. Душу опалило изнутри, словно огнем. Вторая ипостась обиженно и негодующе взревела. Ян стоял, до боли сжимая кулаки, чувствуя, как бушует внутреннее пламя. И смотрел, не отводя взгляда, чтобы раз и навсегда избавиться от иллюзий, от глупой надежды, что Дарина и Скайнер случайно встретились на катке. И когда Скай притянул ведьму к себе и уверенно накрыл ее губы своими, а Дара не отстранилась, внутри Яна разверзлась настоящая геенна огненная. Видеть, как женщину, которую он хотел бы назвать своей, целует другой, оказалось слишком тяжело. И болезненно. Хотелось броситься вперед, отшвырнуть графа Грейда, схватить Дарину и унести ее отсюда. А потом целовать ее, стирая ненавистный чужой запах, заменяя его своим, ласкать нежную кожу, и, демоны его задери, видеть в ее глазах ответный жар.
…Бесполезно. Ян прикрыл глаза, усмиряя разбушевавшегося внутреннего зверя, медленно развернулся и вновь ввинтился в толпу. Его ждала Ровена. Не стоило оставлять ее надолго. А чувства проходят. Даже у драконов. Самый яростный первый пыл утихнет, надо лишь переждать. Но, демоны всего мира, как же болела обожженная душа. Как же бушевал внутри зверь, требуя забрать свое. Себастьян глубоко вздохнул, пытаясь отрешиться от эмоций, заключить их в клетку. Не получалось. Проклятая ведьма отравила его своим мятным ядом, пробралась в каждую клеточку тела, вплелась в ауру зелено-серебристой лентой. Не вырвать, не избавиться. Что могло быть хуже?
Ровена бросилась навстречу, весело жалуясь:
— Пока ты за своими знакомыми охотишься, меня два раза позвали замуж и три раза предлагали научить кататься… — Осеклась, увидев выражение его лица, умолкла. Стянув рукавичку, осторожно коснулась его ладони и ойкнула, когда от прикосновения по коже пробежали полупрозрачные язычки пламени. — Братик, что случилось?
— Все в порядке, — хмуро отозвался Ян. — Но полвечера я буду тебе должен. Возвращаемся домой, сейчас же.
— Д-да, — кивнула Ровена, прикусив губу.
Себастьян раздавил горошину портального амулета, и через несколько секунд они с Ровеной были уже дома. Сестра, умничка, не стала лезть с расспросами, скинула коньки, надела домашние тапочки и тут же ушла к себе. Сам Ян, едва переодевшись, бросился в подвал, где был оборудован небольшой тренировочный зал. Дракон следил за своей физической формой. А сейчас ему было жизненно необходимо выплеснуть бушующую внутри ярость, злобу и боль.
Набитая песком "груша" едва не срывалась с цепей от мощных ударов. Себастьян не щадил себя. Костяшки пальцев уже кровоточили и, видит бог-дракон, ему стоило большого труда не выпустить острые когти, которые легко прорвали бы толстую кожу "груши". А как бы хотелось представить на ее месте горло врага. Или его живот. Р-р-разорвать. Р-р-растерзать. Уничтожить. Ладони на миг охватило пламя. Как же не хотелось отступаться от желанной женщины. Как же не хотелось признавать поражение, даже не вступив в бой. Перед внутренним взором снова и снова вставала сцена в архиве. Хрупкое тело в его объятьях, широко распахнутые перепуганные глаза, часто вздымающаяся грудь под плотной тканью форменной рубашки. И манящие розовые губы, которые в этот вечер целовал другой мужчина. Дракон зашипел от ярости и в очередной раз впечатал кулак в "грушу". Жалобно звякнули цепи от рывка.
Ян остановился, прижался лбом к избитому тренажеру. Тот приятно холодил разгоряченную, влажную кожу. Мышцы ломило от усталости, кулаки сводило, а вот пылающий внутри огонь и не думал затихать. Оборвать бы Скайнеру руки, чтобы не тянулся к его ведьме. И этому, серому и пушистому, который Дэррек, тоже уши оборвать, по самую шею. А то ведь вьется вокруг Дарины, вьется, невзирая на предупреждения. Дракон раздраженно выругался и вновь набросился на ни в чем не повинную "грушу". Удар, еще удар, прыжок в сторону, и добавить ногой с разворота… Драная идея дядюшки заманить его в свою службу безопасности. Демонова ведьма, которой вздумалась устроиться именно в Шестое управление. Удр-р-руживший Скайнер, решивший в очередной раз осчастливить его напарницей. И вся эта пакость свалилась одновременно.
