– А по вам и не скажешь, – она кивнула на обернутое вокруг его бедер полотенце. Благо он уже успел взять себя в руки. – Не пойму, чего вы хотели добиться таким видом? Напугать вурдалака или соблазнить? – Она хихикнула.
– Колючкина, лучше бы вам помолчать, – оборвал он ее смех и, стараясь не наступать в пенные лужи, вошел в ванную, чтобы осмотреться. Ее пистолет он поместил в хранилище жетона.
Свечи, запотевшее зеркало, в дальнем углу перевернутый треножник в компании серебряного блюда, полупустая ванная, следы когтей на потолке, идущие из спальни. Видимо, ведьмочка нежилась в горячей водичке, когда вурдалак решился напасть. Выбралась из ванной и бросилась в комнату за оружием. Только воспользоваться не успела. Он ее опередил.
Первая пуля угодила вурдалаку в бок, вторая в левое плечо. Остальные он послал вслед убегающей твари, но попал лишь трижды. Сами по себе раны были не смертельны, но серебро приводит к высокоскоростному некрозу тканей в местах проникновения пуль, а затем поражает нервную систему. Как следствие, паралич и медленное угасание разума в агонизирующем, разлагающемся теле. Этот же вурдалак удирал так, будто и не заметил пяти полученных пуль. Даже агенты не смогли его догнать. Тварь неслась по крышам быстрее ветра, а потом и вовсе исчезла. Он велел им собрать образцы крови и отправить в лабораторию Управления.
Дэлан провел пальцем по краю ванной и растер между кончиками красноватые гранулы. Запахло миндалем. Снова некромантские благовония и цианид. Должно быть, вурдалак принес пепел на шкуре. Вот и связь между телом из Святой Валенсии и ведьмочкой. Была ли последняя истинной целью твари? Если да, то как сюда вписывается наемник? Почему портал выбросил его сюда? Был настроен изначально?
Он взъерошил волосы. Какая-то часть этой головоломки уже сложилась в осмысленную картинку, однако в ней по-прежнему не хватало слишком много кусочков, чтобы прийти к окончательным выводам.
Вампир вернулся в спальню с намерением рассказать Колючкиной некоторую часть правды и понял, что собирается говорить с пустотой. Ведьмочки не было. Зато оставался четкий след ее аромата. Вдохнув поглубже, чтобы поскорее пресытиться его терпкостью, он отправился за ним, как по сказочной дорожке из сладостей, и за неимением пряничного домика, нашел ее в разгромленной кухне.
На плите медленно закипал чайник, а Колючкина сидела на единственном стуле и самозабвенно уплетала бутерброд. Самый большой из тех, что ему доводилось видеть в женских руках. Похоже, она собрала все, что отыскалось в холодильнике и уложила это между половинками посыпанного кунжутом батона. Надкусить столь впечатляющую конструкцию, не заработав при этом вывих челюсти, было невозможно. Однако ведьмочка не только умудрялась раскрывать рот на нужную ширину, но еще и стонать при этом так страстно, что он невольно позавидовал несчастному бутерброду.
Вампир двигался бесшумно, но она вдруг перестала жевать и застыла, как почуявшая охотника ланочка. Дэлан прижался к стене, но не остановился. Его клыки удлинились, дыхание замедлилось, а зрение сфокусировалось на цели. Это было похоже на транс, когда мысли исчезают, а тело получает полнейшую амнистию. Он хотел забыть, какого это, выходить на Охоту в полночь, когда единственными свидетелями преступления становятся звезды, а добыча начинает светиться мягким светом. Ведьмочка же сияла для него как маленькое золотое солнце. Теплое, привлекательное, но смертельно опасное из-за возможных последствий.
В следующее мгновение стул исполнил сложное балетное па и отлетел прочь. Недоеденный бутерброд взмыл в воздух и угодил в мойку. У горла Дэлана оказалось лезвие ножа. Рефлексы вампира сработали безотказно. Пальцы сжали женское горло на грани жизни и смерти. Прошла долгая секунда, прежде чем ее взгляд потускнел и подернулся осознанием ошибки. Но только не страхом. Она и не думала бояться. В тишине пронзительно засвистел вскипевший чайник.
– Неплохо для простой травницы. – Дэлан спрятал клыки и ослабил хватку, чтобы дать ей глотнуть воздуха.
– Уберите руки! – просипела она.
– А волшебное слово?
– Пошел на хрен из моего дома?
– Ну уж нет, – ухмыльнулся вампир. – Я останусь здесь до утра.
– Ни за что!!! – На ее щеках вспыхнули красные пятна.
– Я не спрашиваю разрешения, а ставлю вас в известность. – Дэлан отпустил ее горло и, отклонив нож, снял с плиты чайник. Может быть, стоило оборвать этот фарс прямо сейчас? В конце концов, сны, какими бы истошными они не были, это всего лишь сны. Только мы сами наделяем их пророческим смыслом. – Чаю? Наверняка у вас найдется какой-нибудь успокоительный сбор. Вам не помешает.
Она сверлила его взглядом и растирала шею со следами полумесяцев от его ногтей.
– Чашки над мойкой, чай в ящике слева, – когда она заговорила, голос зазвучал хрипло. – По ложке на чашку. И положите сахару, он горчит.
Вампир сделал, как было велено, и передал ей дымящуюся чашку. Даже сахар размешал.
– Разыгрываете карту кнута и пряника?
– Пытаюсь быть вежливым гостем.
