— И правильно делала, — поменявшись в лице, сквозь зубы прошипела рыжая, — поскольку ты заколебал своими бесконечными тупыми подкатами и идиотскими домогательствами. Повторяю в последний раз, для недоразвитых — в постель ты меня не затащишь, на свидание мы не пойдем, дружеский петтинг я не практикую. Усек, Хабенский?
— Да я бы и сам не пошел, — надулся тот. Демонстративно обогнув остановку, встал под социальной антирекламой табака, предупреждающей, что курение — убивает, и задымил электронной сигаретой.
— Обидела парня, — чувствуя некое отмщение, оскалился Макс и повернулся к Позднякову: — А почему мы Роберта оставили… э-э, в офисе? Центре? Ставке? Командном пункте? Словом, почему он с нами не пошел?
— В штаб-квартире от него будет больше толку, — ответил Николай и, чувствуя, что разговор на этом не закончится, не слишком вежливо отвернулся к арке шестидесятого дома.
— Штаб-квартира, значит. А мы называли наш «главк» конторой. В смысле, в Дрезне. Коротко и удобно, не находите?
— Ты не в Дрезне, — через силу выдавил Николай. — Поэтому привыкай к штаб-квартире.
— Волчок, оставь Ника в покое. — Романова, очутившись за спиной Макса, положила руку ему на плечо и, неожиданно прильнув, хихикнула в ухо: — Не видишь, у него сегодня ведьмачья разновидность ПМС — предмозговой синдром!
— Это как? — Макс повернул голову и уткнулся губами в щеку девушки. Слегка смутившись от подобной близости, отстранился.
— Не знаю, как, — пожала плечами рыжая. — Я просто так ляпнула. Придумала на ходу. А если серьезно, то Ник готовится к активации дара. Сосредотачивается. И в такие моменты он не особо разговорчив. Поэтому если хочешь поболтать или что-то узнать, то я в твоем распоряжении.
Волков кивнул:
— Да, остался у меня один вопросик…
— Ой, дай угадаю! — не дослушала Соня. Приложив пальцы к вискам и сверля Макса озорным взглядом, сделала вид, что пытается прочитать мысли: — Ты хочешь… ммм… узнать историю Ани́чкова моста!
— Историю, — поморщился Волков, — кого?
— Ани́чкова моста. — Девушка показала в сторону, но, видя недоумение на лице собеседника, пояснила: — Мост, через который мы только что прошли. Со скульптурами юноши и коня.
— А-а,
— Это не мои мысли, а твои!
Макс, понимая, что девушка шутит, решил идти до конца:
— Не-не-не, и в мыслях не было таких… кхм, мыслей! Фиговый из тебя телепат!
— Да я же просто веселюсь, Волчок!
— Знаю, — улыбнулся Волков. — А насчет моста… хоть убей, но я всю жизнь считал, что мост —
— Ани́чков, — с подозрением повторила Соня и ахнула: — Волчок, а ну признавайся! Ты сколько раз в Питере был?
— Один. В глубоком детстве.
— Всего один? Какой кошмар! И как впечатления?
— Не понравилось.
Романова хмыкнула:
— Заметно. Мне кажется, у тебя… как бы потактичнее выразиться… детская обида на город, что ли?
— Почему ты так решила?
Соня пожала плечами:
— Слишком отстраненно себя ведешь — головой не крутишь, про дворцы не спрашиваешь, «коняшки» не заинтересовали.
— Прими мои поздравления — твой внутренний телепат во многом прав, — согласился с ее выводами Макс. — Обида есть, но не на город, а на родителей. На отца. Который превратил веселую семейную поездку… Неважно, забей! — отмахнулся он.
— Веселая семейная поездка, да?.. — Романова ненадолго задумалась, а затем воодушевленно продолжила: — Так, Волчок, на выходные ничего не планируй. И обязательно запасись пластырем и хорошим настроением!
Макс приподнял брови в немом вопросе.
— У нас намечается грандиозная экскурсия! — ответила на него Соня. — Буду тебя опетербурживать! Проведу по всем знаковым и историческим местам, и ты у меня еще влюбишься в этот город. Только попробуй не влюбиться! — Девушка шутливо погрозила пальцем. — Будешь тогда каждый вечер от Мосбана до Дворцовой и обратно прогуливаться. До полной влюбленности!
— Договорились! — негромко рассмеялся Волков — непринужденность этой рыжей конопатой девчонки пришлась ему по душе.
— Наконец-то узнаю в тебе нормального Волчка! — засияла Соня. — Дай «краба»!
Но выполнить просьбу Макс не успел.
— Так, потом доболтаете, — испортил их веселье Николай. — А сейчас ведите себя нормально и не привлекайте внимание. — И добавил через паузу: — Тело выносят. Скоро пойдем.
Когда труповозка и «крякающие» полицейские машины влились в плотный поток Невского проспекта, Поздняков сделал жест следовать за ним и пружинистым шагом поспешил в арку, что отделяла улицу от дворовой территории.
Во дворе, несмотря на притягательный для обывателей кинотеатр «Аврора», было тихо и безлюдно. Оглядевшись, Николай вновь показал идти следом и направился к мусорке, стоящей справа от арки в специально отведенном месте.
— Я так понимаю, за этим пухто тело и нашли, — остановившись, указал он на контейнер.
— У меня вопрос, — притормозил Макс, — который я уже пытался задать Соне:что такое пухто? Этот бак?
— Ага. — Антон присел на корточки, высматривая на тротуарной плитке пятна крови. — Это аббревиатура: пункт утилизации и хранения твердых отходов.