— Что молчишь, ведьмак? — прогремел голос Калугина. — Наверное, удивлён, откуда я тебя знаю? Или восхищён тем, как мы тебя технично взяли в оборот, несмотря на твою патологическую изворотливость? Кстати, те, кто тебя сюда послал, скоро об этом пожалеют. Закончив в Афганистане, я сотру в порошок руководителей научного центра и растопчу карьеру главы московской службы ликвидаторов. Мне известно всё о твоём пути, устланном телами тех, кого я знал. Я уже давно хотел поставить на твоей фигуре крест, но раньше у меня не получалось. Ну а теперь я в своём праве.
— Генерал Калугин, не говорите гоп, пока не перепрыгнете, — процедил я сквозь зубы, при этом вглядываясь в ауру опешившего собеседника. Ведь раскрытия его личности явно не входило в планы этой встречи.
Поначалу показалось, что выглядит аура генерала КГБ вполне нормально и даже обыденно. Обычная энергетическая оболочка человека, привыкшего управлять процессами и другими людьми. Всего два цвета, жёлтый и зелёный, переливались, не имея чётких границ. Никаких тёмных разводов. Нет в наличии, исходящих нитей чужеродного контроля. Не наблюдаются другие признаки, как после частых контактов с потусторонними аномалиями.
Однако несмотря на кажущую нормальность ауры, инстинкт кричал, что всё это туфта. В поисках незамеченных микроаномалий, я продолжил изучать ауру, и только в тот момент, когда генерал Калугин снова заговорил, до меня, наконец, дошло, что с самого начала проверки, вызывало беспокойство.
Как только его рот открылся, наружу вырвалось облачко, похожее на пар, выпускаемый человеком в морозный день. Но только морозу здесь взяться было неоткуда. К тому же сам потусторонний выхлоп, до того, как раствориться, инстинктивно вызывал тошноту.
Не знаю, что именно сделали с Калугиным и как добились подобного эффекта, но теперь вся потусторонняя мерзость, в которую он влипал, бесследно переваривалась внутри его поддельной ауры и почти сразу выводилась наружу. А в том, что аура поддельная, я теперь ни капельки не сомневался. Правда, было непонятно одно, что на самом деле скрывается внутри?
— Откуда ты знаешь мою фамилию? — спросил перешедший в себя генерал.
— Да я вообще много чего знаю, потому что от природы чересчур любознательный. Разумеется, я никак не мог пройти мимо генерала КГБ СССР, который долгое время предавал свою страну.
Этим ответом я старался вызвать у собеседника эмоции и заставить его проявить своё истинное лицо.
Разумеется, собеседнику это не понравилось, и потусторонний выхлоп, состоящий из остаточной энергии, значительно усилился. Правда, буквально через пару секунд генерал взял себя в руки.
— Жаль, что тебя не смог взять под контроль Кукловод. А ведь он мне обещал, но сильно просчитался. И теперь его с нами нет. Пресветлый старикашка тоже облажался и потерял своё положение. Все, кто с тобой столкнулся и недооценил, получили по заслугам. Не знаю, как ты это сделал, но по имеющейся у меня информации, именно при твоём участии в Тихоокеанской аномалии пропал крейсер военно-морских сил США. Я не до конца понял, что ты натворил в таёжной глуши, но чувствую, это тоже каким-то образом отдалило осуществление моих планов.
— Генерал, а ведь я не, знал кто стоял за всем этим беспределом с самого начала. Спасибо, что открыли мне глаза. А теперь я хочу вас предупредить. Если вы прямо сейчас не выполните мои требования, я продолжу мешать вашей игре, чего бы мне этого ни стоило, и, в конце концов, вас уничтожу — пригрозил я, отлично понимая, что сейчас юлить точно не стоит.
Разумеется, мои слова Калугина не понравились, и он, зло, оскалившись, посмотрел на лежавший автомат.
— А ведь изначально, я просто хотел упрятать тебя куда подальше — неожиданно признался генерал КГБ и указал на груду моего добра. — Как видишь, улик вполне хватает, чтобы обвинить тебя в сотрудничестве с иностранными спецслужбами. Валюта, золото, взрывные устройства иностранного производства и оружие. Я бы просто тебя посадил в подконтрольное мне место, чтобы потом использовать, но ты выбрал иной путь.
— И что, теперь убьёшь меня прямо здесь и сейчас?
— Нет. Зачем же. Скоро тебя заберут мои друзья. Кое-кто из них хочет с тебя спросить, за исчезновение нашего крылатого товарища. А насчёт происходящего в Афганистане. Знай. Тебе не удастся, что-либо изменить, ибо всё предрешено. Так что всё пройдёт строго по заранее разработанному сценарию.
Сказав это, Калугин выключил лампу, и я, наконец, смог рассмотреть знакомое лицо предателя. До того, как закрылись металлические ставни, я мог попытаться его достать, но снова не стал этого делать, по нескольким причинам.
Во-первых, чтобы добраться до тела генерала КГБ, мне пришлось бы убивать наших спецназовцев, которые не были в курсе планов предателя и выполняли свой долг. А ведь я наверняка многих из этих парней знал лично в прошлой жизни.
Ну а во-вторых, цели, которые я перед собой поставил, по-прежнему были важнее осуществления акта праведной мести.
Именно из-за всего этого, я решил подождать, когда меня заберут.
