Она обняла священника. Тот рассмеялся, и Комок, в свою очередь, бросился ему на шею. Вместе они открыли реликварий; отец Анджело при помощи пинцета вытащил три волоса и два скрюченных ногтя, положил их в пластиковый пакет для бутербродов, закрыл застежку и протянул пакет Мэгги. Она с благодарностью приняла реликвию и велела Комку спрятать ее в футляр для очков.
– Что ж, – сказал отец Анджело. – Вам нужно спешить на самолет, а мне нужно готовиться открывать церковь. Напишите мне, когда избавитесь от проклятия, хорошо?
–
–
Священник отошел в сторону, а Мэгги вытащила из шкатулки Семирутовые шлепанцы и надела их, но прежде взглянула на карту, которую они набросали вчера вечером. Не отрывая ног от пола, она развернулась лицом на юг.
– Ты все запомнила? – спросил Комок.
Мэгги кивнула. В соответствии с картой, ей следовало сделать двадцать семь шагов. Двадцать семь шагов, которые должны были перенести их через Тибр по мосту Сикста в точку, расположенную в полумиле от церкви. Там им предстояло сесть в такси, заранее вызванное отцом Анджело, и ехать прямо в аэропорт. Предполагалось, что мадам Сом не догадается об их «побеге».
– Чао, – сказала Мэгги, сделала шаг и мгновенно исчезла.
Отец Анджело торопливо перекрестился. Все трое в напряженном молчании ждали, пока Мэгги закончит пробное перемещение. Через две минуты она появилась в метре от того места, где только что стояла. Ни вспышки света, ничего пафосного, бросающегося в глаза; она просто возникла из ниоткуда. Комок запрыгал на месте.
– Ну как?
– Нормально, – задыхаясь, проговорила Мэгги. – Просто нужно точнее определить направление. Я чуть не угодила в реку. Ты готов?
Комок кивнул и подтянул лямки рюкзака. Мэгги пригнулась, и он забрался ей на спину. Один шаг, и они исчезли. Отец Анджело покачал головой.
– Странная ночь, это уж точно.
– Что это за жизнь, если в старости нечего вспомнить? – философски заметил Ласло. – Благодарю, падре. Если вас когда-нибудь занесет в Нью-Йорк, звякните мне. С удовольствием погоняю вас по теннисному корту.
Отец Анджело поцокал языком.
– Еще посмотрим, кто кого, мой друг. Удачи вам, Ласло, и позаботьтесь о них. Я в вас верю. Настало время и вам поверить в себя.
Когда они пожимали друг другу руки, у Ласло возникло четкое ощущение, что священник разгадал его план до мельчайших деталей. Конечно, это была чистая паранойя, но у Ласло испортилось настроение. По каким-то причинам, неясным ему самому, он не хотел, чтобы этот человек презирал его.
Мэгги возникла в комнате мгновение спустя и сурово взглянула на Ласло.
– Давай, не тяни кота за хвост.
– А ты уверена, что сможешь меня унести?
Мэгги подняла глаза к потолку.
– Заткнись и забирайся.
Ласло сделал, что ему было велено: крепко прижал к себе портфель и залез на спину Мэгги. Она даже не дрогнула под его весом. Вцепившись в ее плечо, Ласло обернулся к отцу Анджело.
– БЫСТРЕЕ! ФОТКАЙТЕ!..
Но было поздно. Мэгги сделала первый шаг, и они оказались снаружи, на тротуаре, довольно далеко от церкви. Еще через секунду они появились на улице, которая шла вдоль Тибра. Каждый шаг на тридцать пять метров приближал их к цели. Время от времени они попадались на глаза прохожим, но тут же исчезали снова. Бедняги, подумал Ласло. Они всю оставшуюся жизнь будут рассказывать друзьям о призрачной девушке, которая тащила на спине какого-то мужика, но никто им не поверит.
Мост Сикста они перешли за три шага. После этого они свернули на северо-запад, миновали несколько кварталов и очутились у ботанического сада. Там Мэгги сняла магические шлепанцы и переобулась в кроссовки. Комок выбежал из-за деревьев. Еще минуту спустя они сидели в обещанном такси, которое ждало их за углом.
В такой ранний час улицы Рима были пусты, и они успели в аэропорт вовремя. Ласло выдал Дрейкфордам паспорта, обработанные остатками эссенции фэйри, заплатил водителю, и они вошли в здание. «Герцогская шапка» заинтересовала таможенника, но Мэгги объяснила, что они купили корону и шлепанцы в качестве театрального реквизита, и, вытащив предметы из рюкзака, позволила их осмотреть. Офицер пожелал им удачи, и они прошли к своему выходу на посадку, опасливо озираясь в поисках наемного убийцы.
Мадам Сом не показывалась. В девять началась посадка, и они разошлись по своим местам, но через пять минут Ласло устроил так, что им достались три соседних кресла. Комок уселся у окна, Мэгги – у прохода, а Ласло был втиснут посередине. Дрейкфорды отключились еще до взлета. Ласло задумчиво смотрел на брата и сестру: два усталых рыцаря возвращались из похода с граалями, спрятанными на багажной полке.
Когда самолет набрал высоту, Ласло попросил бокал вина. Стюардесса, поставив вино на столик, заметила, что он похож на Пола Ньюмана. Ласло сообщил, что пару раз ему приходилось слышать нечто подобное. Женщина улыбнулась, и он понял, что она еще вернется. Демон посмотрел ей вслед, отпил глоток вина и бездумно уставился в окно.
