– Вот как? А где ты была двадцать минут назад? Моя шляпа испорчена, и я получил клювом по шарикам.
Мэгги нахмурилась.
– По
– По яйцам, по орешкам, по бубенцам, по…
Из динамика послышался женский голос. Ласло сел прямо.
– Алло? Э-э…
Пока женщина перечисляла характеристики свободных номеров, демон потирал шею.
– «Империал» – то, что надо, – сказал он. – О, и когда я приеду, мне понадобится охлажденное шампанское и номер телефона сговорчивой массажистки…
Мэгги, не веря своим ушам, слушала, как Ласло называет номер кредитной карты.
– Ты организуешь вечеринку? – саркастическим тоном произнесла она.
Демон прикрыл телефон рукой.
– Поминки.
– Чьи?
Он бросил ей рюкзак.
– Свои.
Мэгги наклонилась и подняла рюкзак, порванный и разрезанный в нескольких местах. Пока Ласло разговаривал с администратором, Мэгги расстегнула молнию и заглянула внутрь. Там, среди тряпок, лежали помятые останки магического горшка. Мэгги почувствовала, как к горлу подступают рыдания.
–
Она с надеждой смотрела на потемневший кусок меди, но пар не пошел из-под исковерканной крышки, каша не полилась в рюкзак. Ничего. Ни единой капли.
Волшебный горшок погиб.
Лишь около полуночи Ласло наконец смог насладиться бодрящим душем в номере пятизвездочного отеля. Дорога до отеля потребовала напряжения всех сил. Во-первых, им пришлось спускаться пешком с этой поганой горы, а потом нужно было еще забрать багаж из камеры хранения. За этим последовало возвращение в Швейцарию, во время которого в такси царила угрюмая тишина. В Цюрихе ногу Мэгги осмотрел врач – из тех, кто не задает вопросов и дорого берет за свои услуги. Он наложил девять швов, и другое такси отвезло их в первоклассный отель с видом на Цюрихское озеро.
Ласло снял Дрейкфордам самый дешевый из доступных номеров и заперся в своих апартаментах. «Империал» был абсурдным излишеством, которое он не мог себе позволить, но какое это имело значение? Через несколько дней Ласло предстояло покинуть этот мир. Причем его ждала не какая-нибудь легкая и безболезненная кончина, как смертных людей. Нет, его расплавят в железной воронке и бросят, словно использованный пластиковый стаканчик, в Первобытное Болото, где его сущность смешается с останками демонического «простонародья». Возможно, пройдет несколько тысячелетий, прежде чем он снова примет форму какого-нибудь примитивного существа, по уровню развития едва ли превосходящего амебу. Ласло вздохнул. Ему будет не хватать отстоящих больших пальцев. Это так удобно.
В частности, Ласло воспользовался ими для того, чтобы поставить на стол песочные часы Андровора и подтянуть поясок халата. Ласло просто обожал гостиничные халаты и в свое время наворовал их не один десяток, но ему очень хотелось бы, чтобы пояса все-таки не развязывались. Вот ты идешь такой с видом Кэри Гранта, небрежно поглядывая по сторонам, как вдруг пояс развязывается, превращая Бога Безделья в тощего белокожего чувака с курчавыми волосами на груди. Однажды какой-нибудь гений изобретет самозастегивающийся банный халат и станет миллиардером.
Но увы, Ласло не будет этим гением. Поход Дрейкфордов провалился, а вместе с ним рухнул и весь его блестящий план. Он не обманывал себя и трезво смотрел на вещи: все пропало. Для успеха ему требовалось большое количество надежды, а надежда его подопечных только что утекла, как овсянка из горшка.
Глядя в окно гостиной, он отпил глоток «Дом Периньон». Вид и шампанское были великолепны, но в своем нынешнем состоянии Ласло не способен был по достоинству оценить ни то, ни другое. Он посмотрел на часы. Почти два часа ночи. Девушка могла появиться в любую минуту. Он взял пульт, включил гигантский телевизор и прокрутил список фильмов. Выбрал один, нажал на кнопку и рассеянно уставился на титры, бегущие по экрану.
В дверь постучали. Швырнув пульт на диван, Ласло неторопливо направился к выходу и театральным жестом распахнул дверь.
– А
Он не договорил. Перед ним стояла не австрийская красотка ростом сто восемьдесят сантиметров, обладательница пышного бюста, свободно владеющая английским. На пороге топтались две американских деревенщины со своими чемоданами.
– О, пропади все пропадом. Что вам надо?
– Кто такая Хельга? – спросил Комок.
– Никто, – процедил Ласло. – Подруга.
Он подался вперед и выглянул в коридор.
– Нам нужно войти, – сказала Мэгги.
Ласло загородил рукой дверной проем.
– Только не сегодня. Топайте отсюда.
– Это
– Хельга – это тоже важно.
Но от Мэгги Дрейкфорд так просто было не отделаться. Нырнув под руку Ласло, она вошла в номер. Комок пролез следом за ней и, засмотревшись на люстру, едва не врезался в статую.
– Ты что, во всех этих комнатах один живешь?
– Да, и буду дальше жить один, а вы сейчас свалите, – буркнул Ласло.
Но Комок уже скинул кроссовки и бродил по номеру.
