— Одна из частей находится в Болгарии у вожака стаи оборотней. По-молодости, была знакома с отцом этого типа. Если они все таки похожи и он воспитал своего сына по своему подобию, то очень непросто будет добыть у него эту часть. Свое добро эта стая бережет как зеницу ока. Подкупить их невозможно, уничтожить сил не хватит, потому что численность волчьих голов переваливает за несколько сотен. Единственная слабость- это честь. Можно попытаться вызвать вожака на бой один-на один.
— Другого варианта нет? — сказанное казалось сущим бредом, — Сомневаюсь, что это блохастая собака будет бороться с женщиной.
— Я разве сказала о тебе? — немного с раздражением в голосе спросила тетушка, — Виктор вполне может вступить в бой. Он в силах побороть его, главное чтобы мотивация была.
— Ему нужен этот чертов артефакт, не мне- это мотивирует? — начинала раздражаться, не нравится мне все это.
— Не уверена, хотя тебе видней, — тетушка хитро подмигнула, будто прочитала все наше с ним будущее в моих глазах, но вдруг резко напряглась и начала судорожно смотреть по сторонам, — Мне так хочется еще поговорить с тобой, но тут становится опасно, тебе пора уходить.
Она крепко обняла меня на прощание.
— Я буду приходить к тебе во снах, не скучай, — потом шибко ударила себя по лбу, — Тьфу, чуть не забыла! Богиня просила передать, что ждет встречи, вам предстоит серьезный разговор.
— Хорошо, загляну к ней чуть позже.
Мы вновь обнялись, а потом она щелкнула пальцами мне по лбу. Перед глазами вновь помутнело. Меня выбросило в наш мир. Я вскочила с пола и начала жадно глотать воздух. Мужчины кинулись ко мне.
В астрале время течет иначе. Как потом выяснилось, в сознании меня не было около нескольких часов. За это время, никакие сущности не вылезали, мои напарники просто сидели и играли в карты. Надеюсь, в этот раз без желаний, а то не хочется каким-нибудь прекрасным утром проснуться в чем-нибудь непотребном.
По ходу дела, пересказала разговор с тетушкой. Князь кивал головой и молча слушал. Когда слова закончились и я выдохлась, он задумчиво заключил:
— С вожаком мы знакомы, — как-то не очень уверено звучал его голос, невольно напряглась, — Мы когда-то учились вместе.
— Да-а-а. Ян точно не отдаст нам артефакт, — заметил Йен, с легкой грустью почесав затылок, — Он наверняка не простил тебя за то, что ты сделал.
Так. Опять тут тайны вырисовываются, в которые меня не хотят посвещать. Ну ладно-ладно. Постаралась сделать невозмутимое лицо, словно не интересно совсем, что они скрывают. Даже руки на груди сложила и отвернулась к окну для пущей надежности. Пускай сами между собой переговариваются, я снова не в теме:
— Ты прав, друг мой. Он точно не простил меня за то, что в юности я переспал с его сестрой.
Послышался хруст костяшек. Мужчины обратили внимание на делающую вид безразличия, меня. Наверняка, мое лицо сейчас выражало что-то похожее на «не влезай, а то убьет». Было очень неприятно слышать последние слова Виктора. Он это заметил и тихо приблизился сзади, чтобы приобнять:
— Ты ревнуешь, рыжик? — по довольному голосу, его явно забавляла эта ситуация, жаль не обернулась, чтобы взглянуть в этот момент на счастливое, до раздражения, лицо, — Это было очень давно. Я был молод и не разборчив.
— Ага…и спал со всеми подряд…как же, помню, — неудачно перебил его Йен, мы оба злобно посмотрели на него, он поднял руки в примиряющем жесте и замолчал.
— Помню-не помню. Мне совершенно плевать с какой меховой подстилкой ты спал и какие болячки потом заработал! Мне совершенно плевать на тебя! — я дернулась и локтем дала Виктору поддых, мужчина убрал руки и произвольно согнулся от полученного удара, — Я желаю поскорее от вас всех отвязаться и уехать отсюда подальше! Да и вообще…и вообще, — почему-то не на шутку разозлилось мое самолюбие, поэтому начала нести всякую чушь, — Вы меня все бесите до изжоги!
Приступ злости не хотел пропадать. Чтобы окончательно со всеми не разругаться, резко развернулась к выходу. Мне преградили путь. Виктор зажал меня в своих объятьях и крепко поцеловал. Его губы были мягкими и теплыми, из них источалась нежность. Этот поцелуй нельзя сравнить с предыдущими. Сначала я старалась вырваться и яростно молотила кулаками по мощной груди мужчины, в ответ на мои действия, он только нежнее целовал и старался прижать к себе ближе. Не в силах устоять перед всем этим, размякла и успокоилась. Сказать, что я ревновала- это ничего не сказать. Меня бесила только одна мысль, что он был увлечен другими женщинами, пусть даже так давно.
После поцелуя, он еще долго прижимал меня к себе и гладил холодными пальцами по волосам. Совершенно не хотелось сопротивляться и разрывать объятий, будто так это должно быть…так хорошо. Я положила голову ему на плечо и прикрыла глаза, чтобы из них не полились не прошенные слезы. Сейчас для меня никого не существовало; ни Йена, наблюдающего за этой сценой, ни Ромки, которому обещала не думать о… Нем.
— Мой ревнивый рыжик, — тихо прошептал в мои волосы князь, — Надеюсь, ты успокоилась и я могу тебя отпустить без получения каких-либо травм?
