Они продолжили путь. Теперь Ула стала внимательнее рассматривать стены, мелькавшие в красных разводах масляной лампы, и замечала разъехавшиеся блоки, свисавшие из разломов корни растений. Где-то своды осыпались песком, где-то капало и подтекало. Несколько раз она видела шевеление у стенок, догадываясь по шороху и писку, что подвальные крысы добрались и досюда.
— Отдых. — Дагдар тяжело плюхнулся в воду, прислонился к стенке, переводя дух.
Парни и Рэдвиг поступили так же. Долго двигаться по низкому стоку, скрючившись, было трудно, сводило мышцы. Не обращая внимания на неудобство, Ула подползла под руку мужа, обняла как сумела, обтёрла ему испачканное лицо.
— Брось, — ухмыльнулся лорд. — У тебя у самой нос грязный, — коснулся губами.
Глядя в мутноватую воду, Урсула не стала умываться, рассмеялась.
— Пусть. Буду под стать своему муженьку.
— Не устала? — Серые глаза пристально всматривались в лицо жены — с нежностью, виной и тревогой.
— Не время уставать, Дар.
Ула не пожелала признаваться, как ей холодно в мокрой одежде, как ломит тело и трясутся мышцы от напряжения. Собрала все силы, подбадривая себя, не сводя глаз с Дагдара. Муж хмурился, сжимал губы, но упрямо продвигался в сторону леса. Они прошли ещё немного, пока Скоггард не остановил слугу впереди себя.
— Теперь внимательно. Где-то тут небольшая ступень на нижний уровень. Погляди.
Парень вытянул руку с лампой, поводил в стороны.
— Вода, господин.
Дагдар сам взял лампу, чтобы исследовать место, а Ула, сдерживая неровное дыхание, следила со стороны. Поток, текущий по стокам, сливался ниже, минуя небольшой порог. Дальше образовалось озерцо, где за желтоватой мутью не было возможности ничего разглядеть. Встав на колени, Скоггард склонился ниже, смачно выругался.
— Прости, воробышек, — подняв глаза на жену, криво и смущённо усмехнулся он.
— Пф-ф, я и не такое слышала, когда Карвелл пытался научить деревенских воинскому искусству, — широко заулыбалась Урсула.
— Поглядите, нет ли чем проверить глубину. — Он вернулся к делу.
Ничего подходящего под рукой не нашлось, поэтому слуга с готовностью спустил ноги с порожка, а Дагдар и Рэдвиг удерживали его под руки.
— Есть дно. — Парень крепко встал на обе ноги, сумел распрямиться.
Мутная вода доходила ему до середины груди.
— Согласно плану, никаких ям там не должно быть, — уверенно сказал Скоггард, проделав тот же маневр, что и слуга.
Оба спокойно стояли в воде, только голова Дагдара упиралась в арочный потолок.
— Надеюсь, там никто не водится. — Охнув, Ула неохотно спустилась в воду, оказавшись в ней по плечи: она была самая невысокая из всех.
— Крыс ты видела, — улыбнулся Дар. — Кроме них здесь вряд ли кто-нибудь способен выжить. Не бойся.
— Не думаю даже.
Вздёрнув подбородок, Ула всем видом показала мужу, что настроена решительно.
Уле снова пришлось высоко поднять руку с котомкой, вода впитывалась в одежду, прихватила кожу холодом. Спустя несколько минут у неё застучали зубы.
— Быстрее. — Дагдар с сожалением и сочувствием смотрел на жену, но ничего изменить не мог, поэтому предпочёл действовать.
Туннель продолжался. Идти стало удобнее, но ледяная вода сковывала движения. Дрожа всем телом, Ула с трудом передвигала ноги. Она видела, что и остальным путь даётся непросто. Думала ли Урсула, когда так рвалась добраться до Ведьзмарского леса вместе с Даром, что им придётся настолько тяжело?
— Что это там, милорд? — Рэдвиг указывал на темноту перед ними, откуда эхом неслось журчание.
— Единственный слив мы миновали. Светите. — Скоггард ринулся на звук, баламутя воду, затем приостановился.
Они встали возле просевшей груды кирпича и камней, по которой стекал поток воды. Груда закрывала сток, оставив лишь маленький просвет в верхней части. Булыжники мешали реке над ними затопить канал. Среди завала сидела мокрая крыса, такая же дрожащая и несчастная, как и люди, смотрящие на крушение всех надежд.
— Мы недалеко от берега, господин, — сдержанно заметил библиотекарь и отёр мокрое лицо ладонью.
Урсула вглядывалась в лицо Дагдара, бледное, с дрожащими посиневшими губами, и за холодной суровостью угадывала отчаянье, поглотившее его.
— Если попытаться разобрать завал… — Один из слуг прогнал крысу и потянулся к верхнему камню.
— Стой! — Окрик лорда был тихим, но жёстким. — Нас зальёт водой, если нарушить равновесие.
Все замолчали, осмысливая очевидное: весь сложный путь был проделан напрасно.
— Осторожность подвела нас, — холодно процедил Дагдар. — Моя вина. Не отправил человека на проверку хода. Верил, что крепости стоков хватит. Но воды в этом году слишком много.
— Кто же знал. — Ула взяла мужа за руку; хотелось расплакаться от обиды и усталости, мысли метались.
— Я обязан был всё предусмотреть. — С яростной безжалостностью он закусил губу до крови.
— У нас есть спуск в саду.
Выдохнув, Ула представила дорогу назад: хуже всего то, что в замке их наверняка поджидают.
— В верхней части, — медленно проговорил Дагдар, сглотнул, точно у него сжалось горло. — В начале стоки настолько круты, что нам не выползти на первый этаж. Нам не найти упоров, не за что зацепиться.