В своей причудливой импульсивной манере он начал с бород и одежды окружающих его людей. В 1698 году, вскоре после возвращения с Запада, он сбрил свою редкую бороду и приказал всем, кто желал сохранить его расположение, сделать то же самое, за исключением только патриарха православной церкви. Вскоре по всей России распространился указ о том, что все миряне должны брить подбородки; усы могли оставаться. Борода в России была почти религиозным символом, ее носили пророки и апостолы, а царствующий патриарх Адриан всего за восемь лет до этого осудил бритье бороды как нерелигиозное и еретическое. Петр принял вызов: безбородость должна была стать признаком современности, готовности влиться в западную цивилизацию. Миряне, испытывающие острую нужду в усах, могли сохранить их, уплачивая ежегодный налог, который возрастал от одной копейки для крестьянина до ста рублей для богатого купца. «Было много русских стариков, — говорится в старинной истории, — которые, сбрив бороду, берегли ее, чтобы положить в гроб, боясь, что без нее их не пустят в рай». 15
Следующим на очереди был русский костюм. Петр и здесь считал, что внутреннее сопротивление вестернизации будет уменьшено, если носить западную одежду. Он сам отрезал длинные рукава у офицеров, которые представали перед ним. «Видите, — сказал он одному из них, — эти вещи вам мешают. С ними вы нигде не будете в безопасности. В один момент вы расстроите стакан, потом по забывчивости окунете их в соус. Сделайте из них гетры». 16 Так появился указ (январь 1700 года), повелевающий всем придворным и чиновникам в России принять западную форму одежды. Все въезжающие в Москву или выезжающие из нее должны были выбирать между тем, чтобы их кафтаны длиной до щиколоток были разрезаны у колен, и тем, чтобы заплатить штраф. Женщинам также было предложено принять западный костюм; они сопротивлялись меньше, чем мужчины, поскольку в одежде женщины — ежегодные революционеры.
Не столько указами, сколько примером своей семьи Петр положил конец уединению российских женщин. Его отец, Алексей, и мать, Наталья, проложили этот путь; его сводная сестра Софья расширила его; теперь Петр приглашал женщин на светские приемы, поощрял их снимать вуали, танцевать, заниматься музыкой и стремиться к образованию, хотя бы и через репетиторов. Он издал указы, запрещающие родителям выдавать детей замуж против их воли и предписывающие, чтобы между обручением и браком проходило шесть недель; в этот период обрученные должны были часто видеться и при желании расторгнуть помолвку. Женщины были рады выйти из терема; они стали наперегонки перенимать новые моды, а некоторое увеличение числа незаконнорожденных дало духовенству оружие против революции Петра.
Сопротивление религии было его главным препятствием. Духовенство понимало, что его реформы уменьшат их престиж и власть. Они осуждали его терпимость к западным верованиям в России и подозревали, что он сам не имеет религиозных убеждений. Они с ужасом слышали о пародиях, которыми он и его приближенные высмеивали православный ритуал. Петр, со своей стороны, возмущался перераспределением рабочей силы в пользу огромных и бесчисленных монастырей и жаждал огромных доходов, которые получали эти учреждения. Когда умер патриарх Адриан (октябрь 1700 года), Петр намеренно воздержался от назначения преемника; он сам, подобно Генриху VIII в Англии, стал главой церкви и возглавил Реформацию в России. В течение двадцати одного года должность патриарха оставалась вакантной, лишая православную церковь лидера в борьбе с петровскими реформами. В 1721 году Петр полностью упразднил эту должность, заменив ее «Святейшим Синодом», состоящим из назначаемых царем церковнослужителей и подчиняющимся светскому прокурору. В 1701 году он передал управление церковными имуществами в департамент правительства. Юрисдикция церковных судов была ограничена. Назначение епископов стало осуществляться с одобрения правительства. Дальнейшие эдикты запрещали рукоположение мистиков и фанатиков, а также ограничивали количество чудотворных центров. Мужчины не должны были принимать монашеские обеты до тридцати лет, а женщины — до пятидесяти. 17 Монахов должны были принуждать к полезному труду. Правительство проводило перепись монастырского имущества и доходов; часть этих доходов оставлялась монастырям, остальное шло на создание школ и больниц. 18
Большинство духовенства смирилось с этой русской Реформацией, которая, как и Реформация Генриха VIII, оставила доктрину неизменной. Некоторые раскольники осуждали Петра как антихриста и призывали народ отказаться от его послушания или налогов. Он приказал арестовать лидеров этого восстания и поступил с ними по своему обыкновению: одних повязали и сослали в Сибирь, других заключили в пожизненную тюрьму, один умер от пыток, двое были медленно сожжены до смерти. 19
