Австрийские армии Хевенхюллера и принца Карла Александра двинулись в Богемию. Французскому гарнизону в Праге грозило окружение и голодная смерть. Чтобы предотвратить это сокращение абсурда мечтаний Белль-Исля, Франция приказала маршалу Мейлебуа ввести в Богемию армию, которая удерживала войска Георга II в Ганновере. Освобожденная таким образом, Англия активно включилась в войну, предоставила Марии Терезии 500 000 фунтов стерлингов и направила шестнадцать тысяч солдат в австрийскую Фландрию; а Соединенные провинции выделили 840 000 флоринов. Королева перевела эти деньги в армии. Одна из них блокировала продвижение Мейлебуа в Богемию. Австрийские войска, многократно усиленные, сошлись на Праге. Белль-Исль и большинство его людей ценой больших потерь бежали в Эгер. Мария Тереза выступила из Вены в Прагу и там, наконец, (12 мая 1743 года) была коронована как королева Богемии.
Теперь она повсюду казалась триумфатором. В том же мае Соединенные провинции выделили ей двадцать тысяч солдат. Месяц спустя ее английские союзники разгромили ее французских врагов при Деттингене. Контроль английского флота над Средиземным морем продвинул ее дело в Италии; 13 сентября Карл Эммануил I, король Сардинии, вступил в союз с Австрией и Англией; он получил кусок Ломбардии от Австрии и обещание 200 000 фунтов стерлингов в год от Англии в обмен на 45 000 солдат; таким образом, солдаты покупались оптом, короли — в розницу. Мария Терезия, столь же непримиримая в победах, сколь и героическая в невзгодах, мечтала теперь не только вернуть себе Силезию, но и присоединить к своей империи Баварию, Эльзас и Лотарингию.
Некоторое время Фридрих играл с миром. Он открыл новый оперный театр в Берлине, писал стихи, играл на флейте. Он возобновил свои приглашения Вольтеру; Вольтер ответил, что по-прежнему верен Эмилии. Но в этот момент французское министерство, встревоженное тем, что Франция находится в состоянии войны с Англией, Австрией, Голландской республикой и Савойско-Сардинским королевством, подумало, что гений и гиганты Фридриха будут желанной помощью; что нарушения его договоров с Францией могут быть прощены, если он нарушит договор с Австрией; и что его можно убедить увидеть в возрождающейся мощи Австрии угрозу его владениям в Силезии и даже в Пруссии. Кто мог бы лучше всего объяснить ему это? Почему бы не обратиться к Вольтеру, уже имевшему приглашение от Фридриха и всегда жаждавшему поиграть в политику?
Так что пацифист Вольтер снова поскакал по Германии и провел там шесть недель (с 30 августа по 12 октября 1743 года), пытаясь склонить Фридриха к войне. Король не хотел брать на себя обязательства; он отправил философа прочь, осыпав его лишь комплиментами. Но по мере того, как продолжались кампании 1744 года, он начал опасаться за собственную безопасность и неизменность своих завоеваний. 15 августа он начал Вторую Силезскую войну.
Он предложил начать с завоевания Богемии. Поскольку Саксония лежала между Берлином и Прагой, он провел свои войска через Дрезден, разозлив отсутствующего Августа III. Ко 2 сентября его восьмидесятитысячная армия была у ворот Праги; 16 сентября австрийский гарнизон капитулировал. Оставив пять тысяч человек удерживать богемскую столицу, Фридрих двинулся на юг, снова угрожая Вене. Мария Терезия отреагировала вызывающе; она поспешила в Прессбург и обратилась к венгерскому сейму с просьбой о новом сборе войск; тот собрал для нее 44 000 человек, а вскоре добавил еще тридцать тысяч. Она приказала принцу Карлу отказаться от наступления на Эльзас и повести главную австрийскую армию на восток, чтобы перехватить пруссаков. Фридрих ожидал, что французы будут преследовать австрийцев, но они этого не сделали. Он попытался вызвать на бой Карла; принц уклонился, но поддержал усилия рейдеров, чтобы перерезать прусские коммуникации с Силезией и Берлином. История повторилась; Фридрих обнаружил, что его армия изолирована среди ревностно католического и находчиво враждебного населения. Венгерские войска шли на соединение с принцем Карлом. Пришло известие, что Саксония открыто вступила в войну на стороне Австрии. Опасаясь оказаться отрезанным от собственной столицы и источников снабжения, Фридрих отступил на север. Фридрих отступил на север, проклиная французов, которые снова его подвели; он приказал прусскому гарнизону оставить Прагу, а 13 декабря вернулся в Берлин, уже не такой гордый, как прежде, и поняв, что обманщик может быть обманут.
