Николас работал все утро и весь день, уединившись в гостиной, а Джорджия тем временем решила доделать кое-что в новой спальне мужа. Сирил и в самом деле привез из Рэйвенсволка бюро, огромную кровать, кушетку и несколько стульев. Потом он помог Джорджии повесить занавески, а Лили с Паскалем тщательно вытерли повсюду пыль и приготовили постель. Бинкли же перенес одежду хозяина в объемный гардероб. Когда все было закончено, все они с гордостью осмотрели дело своих рук. Это был воистину торжественный момент. Кровать с пологом на четырех столбиках сверкала полированным деревом, бюро стояло на своем законном месте – у стены, а кушетка, стол и стулья были расставлены перед камином. На полу же расстелили ковры, и теперь даже Джорджия не могла бы указать на место, где некогда провалился Николас.
– П-просто идеально! – воскликнул Сирил, оглядывая комнату.
– Идеально, – подтвердила Джорджия, улыбаясь.
– Magnifique (фр. великолепно), – с гордостью добавил Паскаль. – Месье будет очень доволен.
– Да, действительно, вполне прилично, – заявил Бинкли.
А Лили хихикнула и сказала:
– Подойдет даже для короля. Похоже на королевские покои.
– А когда вы скажете ему, мадам? – спросил Паскаль.
– Если вы не против, я пока не скажу ему ни словечка. Когда придет время ложиться спать, я преподнесу ему небольшой сюрприз.
– Прекрасная идея, мадам, – согласился Бинкли. – Никто не мог бы придумать ничего лучшего. Мы с Лили готовим праздничный ужин из любимых блюд хозяина. Теперь он достаточно хорошо себя чувствует, чтобы поужинать внизу.
– Но это уж точно не говяжий бок, верно? – со смехом спросила Джорджия.
– Ошибаетесь, мадам. Именно, говяжий бок, великолепный говяжий бок! Мясник прислал его еще утром, причем решительно отказался от платы. Кроме того, у меня припасено несколько бутылок любимого бургундского мистера Дейвентри.
– Знаешь, Паскаль, – обратился к мальчику Сирил, – я подумал, что мы с тобой могли бы провести эту ночь в Рэйвенсволке. Я х-хотел бы научить тебя играть н-на бильярде. – Юноша бросил взгляд на Бинкли, и тот одобрительно кивнул.
– Рэйвенсволк? Я бы очень хотел посмотреть этот великолепный дом, ведь ты так много рассказывал мне о нем. Merci, Сирил. Вы не против, мадам?
– Что?.. Нет, разумеется, не против. Ты очень любезен, Сирил. А теперь спасибо всем за помощь и… Давайте побыстрее уйдем отсюда, чтобы не испортить сюрприз.
– Ванна в комнате Паскаля, миссис, – сказала Лили. – Вода, наверное, уже готова.
– Ванна?.. – переспросила Джорджия. – Но сегодня ведь не суббота.
– Да, верно. Но мистер Дейвентри попросил приготовить ванну именно сегодня. Так что если захотите, можете ею воспользоваться. Ведь у вас будет праздничный ужин… и прочее. Поэтому вы должны быть свежей, как утренняя розочка.
Сирил отвернулся, ухмыльнувшись.
– Ты очень заботлива, Лили, – сказала Джорджия. – С удовольствием приму ванну. Жаль только, что я доставляю тебе так много хлопот.
– Никаких хлопот, миссис. Старый Мартин и мальчики помогут мне принести воду. Правда, мальчики?
– Да, конечно, – тут же откликнулся Сирил. – А потом мы с Паскалем должны идти. Хочется успеть в Рэйвенсволк до т-темноты. Пойдем, Паскаль, п-поработаем водоносами.
– Отчего у меня ощущение, что плетется какой-то заговор… – в задумчивости пробормотала Джорджия – как бы размышляя вслух.
– Никакого заговора, миссис Дейвентри, – с улыбкой ответил Бинкли. – Мы просто поговорили и решили, что вы в последнее время слишком много работали и к тому же перенервничали. Вот мы и подумали, что вас с мистером Дейвентри необходимо немного побаловать. Поэтому мы сговорились устроить вам приятный вечер.
– Понятно, – кивнула Джорджия. – Вы очень заботливы, и я ценю ваше внимание. Но в этом нет необходимости…
– Тебе обязательно н-нужно спорить, Джорджия? – перебил Сирил, и в этот момент он очень походил на своего кузена. – Почему ты не хочешь, чтобы мы хоть раз сделали для тебя что-то п-приятное? Готовься принимать ванну, ясно?
Джорджия рассмеялась.
– Что ж, если вы настаиваете, спорить не стану.
Все радостно заулыбались, и Джорджия, улыбнувшись в ответ, вышла из новой спальни Николаса.
– Ох, Сирил… – Паскаль, до этого подпрыгивавший от возбуждения, замер как вкопанный, когда они вышли из леса и перед ними открылась панорама Рэйвенсволка. – Боже, какой великолепный дом! Это самый прекрасный дом, который я когда-либо видел! О боже! Но поскольку ты лорд… Наверное, таким и должен быть твой дом, не так ли?
– Дом еще не м-мой, он п-принадлежит моему отцу, – сказал Сирил с горечью в голосе.
– Да, я это знаю. Но ты не должен таким тоном говорить о своем отце. Тебе повезло, что он вообще у тебя есть. Жаль, что он болен. Возможно, он поправится, как поправился месье Николас.
– Маловероятно, – буркнул Сирил. – Для него было бы лучше, если бы он умер побыстрее.
