Ажурные индиговые водоросли, сквозь которые проглядывал косяк розоватых рыбешек, бледно-красные камни, васильковые морские звезды и ежи, смутные очертания мачт затонувшего корабля вдалеке, почти сливавшиеся с фоном, но словно настоящие — только протяни руку, дотронься, возьми… Точно волны умиротворения и спокойствия накрыли его мягким покрывалом, заставляя забыть о неприятностях, отчаянном положении и даже неумирающей головной боли.
Маг с трудом оторвался от созерцания морского чуда, подумал о том, что одна из них — или обе — могут быть сейчас разбиты — и не смог удержаться от неприязненного взгляда в сторону Делмара.
Тот, словно угадав его мысли — или чувствуя точно так же — шмыгнул носом и виновато потупился.
Но стоила ли красота — даже самая уникальная — долгового рабства всей семьи на сорговых плантациях?
— Сейчас что-нибудь придумаем, — буркнул атлан, вернул моллюсков гостю и полез в сундук.
После продолжительных раскопок[15] устройство для диагностики схемов в головах големов было вытащено на белый свет, настроено, проверено и водружено на табурет.
— Давай, — протянул руку волшебник.
Парнишка, не сводя глаз с непонятной штуковины, больше всего напоминающей ему корзину без ручки, сплетенную сумасшедшим[16], нерешительно подал одну камидию.
— Что это такое, бвана белый шаман? — прошептал Делвар, почтительно кивая на загадочный предмет.
Анчар задумался на мгновение, размышляя, сказать парню всю правду, или не стоит, и решился.
— Спектральный генератор разночастотных и разнополосных эхосигналов с интегрированным усилителем, модулятором и приемником.
— А…
Не глядя на разинутый рот и вытаращенные глаза юного узамбарца, Анчар положил камидию точно в центр перевернутой корзины, сосредоточился, прикоснулся по очереди к каждому материалу, из которого она была сплетена, и парень ахнул от удивления. Всё устройство вдруг тихо и низко зажужжало, точно сонный улей, и засветилось фиолетовым — даже тканевые и кожаные полоски.
Маг прикрыл глаза, дотронулся кончиками пальцев до краев корзины и склонил голову на бок, будто стараясь что-то расслышать среди ровного шума. Каждые несколько секунд он менял положение рук, и при каждом прикосновении тон гудения слегка менялся, а странная конструкция светилась то оранжевым, то синим, то золотым…
Минуты через три Анчар открыл глаза и покачал головой.
— Пусто. Давай вторую.
Еще через три минуты вторая камидия также была признана не содержащей сокровища.
— С-спасибо, бвана белый шаман. Да благоволит вам Большой Полуденный Жираф, — дрогнувшим голосом проговорил Делмар, положил на стол шесть медяков, подхватил ведро и побрел к выходу, даже не закрыв крышку.
Ведро, стукаясь при каждом шаге о тощие голые ноги, утробно булькало, выплескивая порцию за порцией морской воды, но парень, казалось, этого даже не замечал.
— К-кабуча… — раздраженно прошипел сквозь стиснутые зубы Анчар, словно раковины оказались пустыми ему назло, и исключительно из нечеловеческой вредности решили отправить семью парня на плантации.
Но что еще можно было сделать?!
Ну разве что…
— Эй, ты! Вернись! — фейерверком вспыхнула в мозгу идея. — Я попробую еще! По-другому. Сядь пока куда-нибудь и не мешайся!
Искра надежды снова загорелась в глазах Делмара и он попытался заглянуть в лицо белому шаману, но тот уже отвернулся к столу — в поисках под грудой подношений бумаги и грифеля, но, не в последнюю очередь — чтобы шепотом спросить себя, на кой пень он это сделал и на что при этом рассчитывал — не на бредовую же мысль, порожденную, не иначе, усталостью, жарой и затянувшимся похмельем.
Не обращая внимания на посетителя, покорно расположившегося на стуле и во все глаза пялящегося теперь на Каменного Великана, волшебник быстро набросал на чистом[17] листе схему недавно использованного заклинания на вправление вывиха мозгов[18]. Закусив губу, он сосредоточенно пробежал взглядом по написанному, освежая в памяти: все же лечебная магия — совершенно чуждое ему направление, и магом-целителем нужно родиться, отыскал ключевые точки, внес пару небольших, но решающих поправок в механизм действия — и вытащил первую камидию из ведра.
— Есть… — через минуту устало выдохнул маг.
— Есть?! — Делмар вскочил, и испуганный стул опрокинулся ножками кверху, сдаваясь.
— Сейчас посмотрю вторую, — нарочито бесстрастным голосом проговорил Анчар.
И гораздо более эмоциональным — через минуту:
— И в этой есть?..
Парнишка заскакал было от счастья, но бросив один взгляд на лицо белого шамана и вспомнив, не
— Нету?..
Анчар, не отвечая, лишь бормоча под нос самые заковыристые магические ругательства, какие мог вспомнить, сунул последнюю камидию в карман, хлопнул на табурет оставшуюся бумагу, и грифель вновь залетал по пятнистым, как краснушный леопард, страницам, выписывая слова и формулы, чертя, набрасывая диаграммы и графики, перечеркивая, переписывая набело[19], и снова правя…
Делмар прижался к спинке стула, замер, благоговейно расширив черные очи, а иногда даже забывал дышать.
