Бывалый солдат, Беррио сражался во многих битвах в Европе. Родившийся около 1520 года, он подростком служил оруженосцем у нескольких рыцарей при дворе. Трое его братьев отдали жизни на службе императору. Сам он воевал во Фландрии и Германии, сражался при Альпухаре против морисков‹‹458››, участвовал в захвате Сиены в 1555 году. Он и его жена-наследница, с многочисленными детьми, направились в Боготу в 1580 году, рассчитывая изрядно пополнить семейные капиталы. Они обосновались в Чите, высоко в Андах, и принялись копить солидные доходы с энкомьенд. Через год Беррио двинулся на восток на поиски Эльдорадо, взяв с собою чуть менее восьмидесяти человек. Как и многие до него, он надеялся основать новое если не королевство, то хотя бы маркизат, как великий Кортес в 1520-х годах.
К февралю 1584 года Беррио добрался до реки Мета и подошел вплотную к Ориноко к августу, в сезон дождей. С его собственных слов нам известно, что соломенные боио (хижины) индейцев агагуа были хорошо защищены против комаров, что то же самое племя гнало крепкий мескаль из ананасов, что они ели рыбу и плоды гуахи[85], что у них имелся сильный яд, которым смазывали наконечники стрел, для защиты от врагов, в том числе от амазонок, нападавших на мужчин, что не могли доставить наслаждение возлюбленным‹‹459››. Молва уверяла, будто существует большое количество многолюдных населенных пунктов в загадочных холмах к югу от Ориноко, «преобильных золотом», и будто ничуть не меньше золота можно отыскать в таинственном соленом озере Маноа, настолько большом, что индейцам требовалось три дня, чтобы переплыть его на каноэ. Когда это озеро осталось за спиной, великая равнина Гвианы, как ожидалось, тянулась до самой Амазонки. Или все-таки до Ориноко?
Холмы за рекой Ориноко сделались средоточием усилий для всех, кто искал Эльдорадо. Хуан де Салас, губернатор жемчужного острова Маргарита, докладывал: «Поступает множество известий о том, что в провинции Гвиана имеется золото, о чем говорят индейцы араваки, приплывающие на остров, а также испанцы, ведущие торговлю рабами… Владыки, обладающие этими богатствами, велят перед кончиной утопить все свои сокровища в озере»‹‹460››. Беррио двинулся к гряде холмов с тринадцатью товарищами. Они прорубили путь к скале, откуда открывался вид на Ориноко. Отсюда они спустились на каноэ к порогам Атурес, а затем вернулись в Боготу за подкреплением. Беррио полагал, что ему понадобятся 3000 человек‹‹461››.
Он снова отправился в путь три года спустя, в марте 1587 года, всего с восьмьюдесятью соратниками, половину из которых составляли аркебузиры, и взял с собою 500 лошадей и примерно столько же голов крупного рогатого скота. Но теперь эти края изучали и другие исследователи, например Фелипе де Касерес. Беррио, собравший 25 000 дукатов на путешествие, спустился на каноэ по реке Касанаре, а затем вошел в Мету. Далее он двинулся по Ориноко, оставив своего заместителя-португальца Альваро Жорже, ветерана многочисленных ранних экспедиций на поиски Эльдорадо, заботиться о скоте и лошадях‹‹462››.
Беррио основал небольшое поселение вблизи порогов Атурес. К нему присоединилась его жена Мария, но вскоре он был вынужден снова отложить поход из-за бунта нескольких новых товарищей.
Третью экспедицию он организовал в 1589 году, потратив, по его собственным прикидкам, 40 000 дукатов. Альваро Жорже вновь назначили заместителем по лошадям и крупному рогатому скоту. В поход отправился и тринадцатилетний сын Беррио‹‹463››. Конкистадоров преследовали неприятности. Пока они пережидали сезон дождей на берегах реки Кучиверо, притока Ориноко, на них обрушилась болезнь, вызывавшая помутнение рассудка и затронувшая даже собак и лошадей. Вдобавок люди начали умирать от голода. Тем не менее когда дожди закончились, Беррио двинулся дальше и достиг реки Парусито. Наконец, прикончив всех лошадей, по традиции Кортеса, «чтобы солдаты потеряли всякую надежду вернуться домой» в Боготу, он поплыл вниз по течению реки Карони. Ранее он встретился с вождем Морекито и имел с тем беседу в устье реки (что впадала в Ориноко), а потому почти не сомневался, что идет прямиком к Эльдорадо. Некоторые туземцы подтверждали обоснованность его уверенности — во всяком случае, по его словам: «Они раскрыли мне великие тайны сей земли и подтвердили все сведения, полученные мною прежде… Эти обширные провинции лежат между двумя очень полноводными реками, Амазонкой и Ориноко… От устья первой и от устья Ориноко, если верить карте, более 400 лиг в ширину и 1500 лиг в длину»‹‹464››.
