поделились своими планами со мною, и я с тридцатью пятью солдатами отыскал проход без малейшего труда; потому я проник в край, что зовется Гуайаной (Guayana) и имеет протяженность 35 лиг, где моим глазам предстало много крупных поселений миролюбивых индейцев… Эти люди расхаживали совершенно обнаженными, и прикрыты у них были только те части тела, кои неприлично называть. Воздух тут свежий, жара умеренная, край этот мирный и плодородный, где обильно произрастают местные плоды, а еще в превосходной степени покрытый лесами. Здесь не счесть разнообразной дичи, в избытке рыбы, и среди всех новых земель, какие я видел, здешние места наиболее подходят для отдыха и удовольствия. Они чрезвычайно богаты золотом, и naturales готовы показать мне, где и как они его добывают. Но дабы избежать последующих обвинений в алчности, я настаивал на том, что мой отряд пришел сюда не в поисках золота, а для установления дружеских отношений с местными жителями. Я привез всего только семнадцать кусков обработанного золота, предназначенных для Его Величества, и три вязки камней, что, пускай местные порою ведут себя по-варварски, они отнюдь не лишены должных умений и навыков. Они сказали мне, что на расстоянии семи дней пути в глубь страны находятся поистине неисчислимые запасы золота и что никто не посещает копи, кроме касиков и их жен. Золото окружено немалым числом предрассудков, и в руки его берут лишь после трехдневного поста; однако в реках золота тоже достаточно, и это золото может брать любой, а крупицы его не уступают размерами зернам маиса. Местные индейцы дружелюбны, добры и веселы, они радушно встретили нас и очень хорошо все устроили. Располагая лишь малым числом людей, я вернулся на остров Тринидад, откуда в свое время отбыл на разведку по приказу нашего капитан-генерала и губернатора… Антонио дель Беррио‹‹466››.
Ибаргойен далее описывал, как, раздавая бесчисленные подарки, он подружился со всеми индейцами, с которыми сталкивался по пути. Это сочинение представляет интерес не столько из-за того, о чем в нем рассказывается, сколько потому, что мы едва ли не впервые находим упоминание о правильно поданной рекламе. По словам Ибаргойена, в городах Гвианы — он насчитал не менее сотни — проживало от тысячи до десяти тысяч индейцев. Разумеется, он не мог избежать фантазирования — и, по чести сказать, не слишком-то к тому стремился. Но во всех городах, где ему довелось побывать, он поставил кресты, подтверждавшие права владения короля Филиппа. Ибаргойен был уверен, что достиг внешних пределов «золотой земли» Эльдорадо. Некоторые испанцы, например хронист Перу Педро Сьеса де Леон, считали, что «земля в этой области населена потомками знаменитого [перуанского] полководца Анкоальо»‹‹467››. Беррио, с другой стороны, думал, что инки пришли в Перу именно из Гвианы.
