…Они вернулись на остров Юкатан с северной стороны. Мы двигались вдоль побережья, где отыскали красивую башню на мысу, каковой, ежели верить молве, населен женщинами, что живут без мужчин. Верят, будто это и есть народ амазонок. Прочие башни, увиденные нами издалека, высились, должно быть, в городах, но капитан [Грихальва] не позволил нам сойти на берег.
О, насколько простую жизнь вели наши предки, не ведавшие иных способов убийства друг друга, кроме луков и стрел, палок и камней, и не познавшие иных ядов, кроме тех, что добывались из трав.
К моменту восшествия короля Филиппа на испанский престол в 1556 году Юкатан был фактически завоеван для короны отрядами кастильских конкистадоров во главе с семейством Монтехо, уроженцами Саламанки. Далеко не в первый раз в Новом Свете какая-то из семей оказалась причастной к целому ряду завоеваний (из прочих таких семейств назовем Писарро, Альварадо, а также Кортеса с его двоюродными братьями).
В тот период Новая Испания охватывала территорию от Калифорнии на севере до Панамского перешейка на юге, протянулась на множество миль, и позднее это обширное пространство поделили на несколько меньших областей. Калифорния, нареченная так Кортесом в честь мифической страны амазонок из рыцарского романа Гарси Родригеса де Монтальво «Похождения Эспландиана», была крайней северной провинцией новой империи. Индейцы майя населяли провинции Чьяпас, Юкатан и Гватемала. Территорию целиком искусно разделили на провинции, примерно одинаковые по площади и численности населения (насколько о последней вообще можно было судить).
Францисканец фра Хакобо де Тестера и четверо других монахов прибыли на Юкатан либо в конце 1535, либо в начале 1536 года в поисках душ, желающих приобщиться к христианской вере‹‹338››. Этих миссионеров поддерживали в их усилиях вице-король Антонио де Мендоса и верховный суд. Тестера стал комиссаром, то есть старшим группы, в 1541 году, затем ненадолго вернулся в Кастилию, а по возвращении в Новый Свет в следующем году направил знаменитого монаха Мотолинию и еще двенадцать братьев в Гватемалу с наказом распространить миссионерскую деятельность на соседнюю провинцию Юкатан. Среди этих монахов были четверо тех, кому предстояло впоследствии добиться широкой известности в провинции (Луис де Вильяльпандо, Лоренсо де Бьенвенида‹‹339››, Мельхор де Бенавенте и Хуан де Эррера). Мотолиния рассказывал конкистадору Франсиско де Монтехо, будучи в Грасиас-а-Диос (на крайнем восточном мысу Центральной Америки), что полностью одобряет распространение миссионерского движения на Юкатан, и посоветовал Бьенвениде вступить в провинцию с юга, через так называемый Гольфо-Дульсе[68]. Слава Мотолинии, кстати, была такова, что его советы и пожелания воспринимались как приказы. Вильяльпандо, Бенавенте и Эррера отправились в провинцию Юкатан в 1545 году из Чьяпаса и Паленке в Новой Испании. Их целью было крещение местного населения. Еще четверо францисканцев прибыли на Юкатан прямо из Испании‹‹340››; фра Вильяльпандо знал язык майя и часто проповедовал на нем, благодаря чему, по его собственным подсчетам, обратил в христианство 28 000 индейцев.
Тестера — отличный пример человека, который сумел воспользоваться теми возможностями, что предлагал Новый Свет. Он был братом камергера блестящего, пусть ненадежного, французского короля Франциска I. Впервые в Индии Тестера отплыл в 1529 году, в возрасте под пятьдесят лет. Носивший титул кустодия (духовного вожака) францисканской миссии в Новой Испании в 1533 году, позднее он сделался генеральным комиссаром ордена в Америке. Он проповедовал в метрополии, прежде чем отправиться в Новую Испанию, а за океаном общался с паствой посредством картинок, поскольку не удосужился изучить ни единое из местных наречий (эти картинки молва прославила как «тестеровы иероглифы»). Он и четверо других монахов прибыли на Юкатан, как говорилось выше, то ли в 1535-м, то ли в начале 1536 года.
