Конкистадоры покинули Кампече осенью 1541 года, отправив капитана в Т-хо, где индейская касик гостеприимно встретил испанцев и где был основан испанский город. Впоследствии из этого поселения вырос город Мерида. Отношения с местными ухудшились, когда индейцы стали выказывать «высокомерие и упрямство», как докладывал конкистадор по имени Диего Санчес‹‹353››. Испанцы, впрочем, отвечали тем же.
Эта территория, которую испанцы уже в 1530-х годах изучили довольно хорошо, теперь сделалась едва узнаваемой: ее опустошили, когда повелители мани развязали ожесточенную войну с кокумами из Сотуты и после предательского убийства вождей шиу. Кроме того, обитатели полуострова неразумно израсходовали свои продовольственные запасы, включая маис. В 1542 году начался голод, причем настолько серьезный, что индейцам приходилось питаться корой деревьев, в первую очередь мягкой и нежной на вкус корой кумче[72]. Шиу приносили жертвы своим богам в надежде спастись от голода, сбрасывали рабов в глубокий колодец Чичен-Ицы, а кокумы подожгли здание, где находились в тот момент вожди шиу.
Враждебность майя Чакана[73] по отношению к испанцам не ведала жалости. Вдобавок индейцев воодушевлял Чуй, жрец (ахкин) из крохотного маленького пуэбло Пеба, который призывал к войне на истребление против захватчиков. При этом у испанцев имелось достаточно сочувствующих среди местных, и их предупредили о нападении («индейцев больше, чем волос на шкуре оленя»), грозившем Тучикану. Эль-Собрино Монтехо сумел схватить Х-Кин-Чуя под покровом ночи.
Мерида была основана на месте Т-хо в январе 1542 года, после ожесточенных боев, в которых привычные рукопашные на открытой местности сменились партизанскими действиями. Название «Мерида» выбрали потому, что «на сем месте конкистадоры отыскали известняковые строения и обработанные камни, напомнившие кое-кому из них о римском городе Мерида в Испании»‹‹354››. Семьдесят солдат стали горожанами, сформировали и городской совет (cabildo). Фра Хуану де Сосе из Пуэблы, опытному строителю, поручили спроектировать новый город, а Франсиско Эрнандес получил заказ на строительство храма. Мерида, ныне поистине восхитительный город, с тех пор оставалась столицей Юкатана.
О моральном влиянии самих памятников, что высятся по сей день в дебрях тропических лесов, молчаливые и торжественные, диковинные по форме, великолепные по мастерству, богато украшенные резьбой… я не отважусь высказать какого-либо суждения.
Но конкистадоры никак не желали угомониться. Фра Диего Лопес де Когулльюдо вспоминал в своей «Истории Юкатана», что 60 000 майя, во главе с неким Начи-Кокомом, подверглись в 1543 году новому нападению: «Лишь ударами мечей способны были испанцы побеждать своих врагов»‹‹355››. Далее хронист писал, что туземцы, которые остались живыми, бежали из тех мест навсегда и больше никогда не вступали в открытую битву‹‹356››.
Франсиско «Эль-Мосо» де Монтехо направил вооруженные отряды в разные стороны, распространяя боевые действия на отдаленные районы Юкатана. Индейцы в ответ пытались уничтожать все, что только могло оказаться полезным для испанцев. Однако битва при Мериде, что называется, переломила хребет индейскому сопротивлению. Местные вожди очутились в зависимости от испанских властей. Секретарь Монтехо, Родриго Альварес, поделил семьдесят поселений майя «по христианскому обыкновению», как он сам выразился в позднейшем донесении‹‹357››.
Эль-Мосо сообщил отцу, что пока должен оставаться там, где был, то есть в Мериде, а потому аделантадо отправил своего племянника Эль-Собрино покорять область Кониль. Двоюродные братья и соратники, Эль-Мосо и Эль-Собрино составили план наступления на племена Чикинчеля и Экаба. Все лояльные испанцы надеялись, что Конилб со временем станет центром торговли. Эль-Мосо далее затеял усмирение местных вождей в окрестностях Мериды, причем наложил на всех repartamiento, а они, разумеется, это требование дружно отвергли; между тем побежденный, но гордый Начи-Коком согласился признать владычество испанцев. Эль-Мосо позволил ему сохранить свою власть, но объявил его вассалом кастильской короны. Затем он отправил своего дядю Алонсо Лопеса в Калотмуль, а также на юг и юго-восток. Там располагались владения шиу, которые не последовали примеру своих сородичей мани и не заключили союза с испанцами.
