14 декабря 1704 года армия победителей торжественно въехала в Москву. Гремел салют, взлетал фейерверк. Во главе колонны пленных шёл генерал-майор Горн, за ним – 159 офицеров. На санях везли 20 трофейных пушек. Пётр был счастлив: отвоёван выход к морю, растёт и крепнет русский флот. Но до окончания войны со шведами оставалось ещё… семнадцать долгих лет.
Несмотря на все петровские победы, Швеция в ту пору была сильнейшим государством. Её армия насчитывала 45 тысяч солдат, во флоте было 38 многопушечных линейных кораблей. Воинственный Карл XII то и дело вмешивался в политическую жизнь соседей: Польши, Саксонии, Пруссии, Дании. Шведам принадлежала Финляндия, а также земли прибалтийских народов.
Перед своенравным, капризным и мстительным Карлом заискивали даже такие крупные морские державы, как Англия и Франция. От предложения Петра стать посредниками при заключении «доброго мира» со Швецией отказались и датский и прусский короли: их пугало соседство шведской армии. Ни к чему не привели и старания российского посла в Англии: при давнем соперничестве с Францией она не хотела иметь ещё одного сильного врага в лице Карла XII.
В 1707 году жаждущий подвигов и славы шведский король вторгся в Саксонию, захватил Лейпциг и Дрезден. Август II, боясь потерять саксонскую корону – от польской он уже вынужден был отказаться в пользу Станислава Лещинского, которого поддерживал Карл, – изменил Петру I. Причём сделал это тайно. Уже после перехода на сторону шведов он продолжал выпрашивать деньги у русского царя на содержание армии и двора. В то же время по мирному договору со Швецией Август разрывал союз с Россией и обязывался «держать на прокорме» шведские войска в течение всей зимы.
Пётр, узнав о предательстве Августа, не очень удивился: он знал, что представляет собой этот трусливый и лживый король, но всё же огорчённо проговорил:
– Война со шведами над одними нами осталась.
Пётр справедливо предполагал, что Карл не покинет Саксонию, пока его изголодавшаяся армия не отдохнёт, не «отъестся» и не пополнится новыми рекрутами. Понятно также было, что он двинется на Россию, – только каким путём? Но и у самого Карла планы часто менялись: то он рвался в бой, то понимал, что сил недостаточно, опять ждал обозов, пополнения. После Саксонии из-за осенней распутицы он застрял на четыре месяца на левом берегу Вислы. Пётр, ожидая похода шведов на Москву, приказал соорудить дополнительные укрепления в Кремле, Китай-городе, создать ряд бастионов и вообще «усилить фортецию».
Из Москвы в январе 1708 года Пётр срочно выезжает к западным границам. Здесь у Меншикова он узнаёт, что Карл с частью армии двинулся в Гродно. Значит, он собирается идти на север – к Риге, Пскову, Новгороду? А может, и на Петербург? Пётр спешит в Вильно – поближе к месту предполагаемых военных действий. Между тем в Гродно Карл задерживаться не стал: нечем было кормить лошадей. По приказу Петра русская армия на пути своего отступления уничтожала всю провизию и увозила скот. Захватив небольшой городок Радошковичи 17 марта, шведы задержались там ещё на три месяца. Потом месяц они простояли в Могилёве. Карл ждал, как выяснилось, большого обоза из Риги, который должен был доставить ему под охраной нескольких полков генерал Левенгаупт.
Однако, не дождавшись огромных запасов продовольствия, пороха, пушек, которые вёз генерал, шведский король вдруг поворачивает на юг, к Украине. Пётр издаёт очередной указ: «Лёгким отрядам двигаться впереди неприятеля, и провиант, а также хлеб стоячий на поле или в житницах по деревням… жечь». Царь получает донесения, что «шведы от голода и болезни тако опухли, что едва маршировать могут, растёт число дезертиров». На военном совете у Петра решили: большую часть армии во главе с Шереметевым направить вслед за Карлом, а другую часть…
– Пётр Алексеевич, – не выдержал Меншиков, – дозволь мне оказать почётную встречу генералу Левенгаупту. Даю слово, не оплошаю.
– И без тебя встретим. А ты иди Карлуса не упусти.
Тем не менее «старый лис Левенгаупт», как потом назвал его Пётр, едва было не обманул русских. Генерал подослал Петру лазутчика, который сообщил, что шведский обоз ещё не переправился через Днепр. Царь начал было уже переправу на другой берег, но вовремя выяснилось, что Левенгаупт перешёл реку аж три дня назад. Так «старый лис» чуть было не ускользнул.
Летучий отряд петровских кавалеристов настиг долгожданный обоз 28 сентября у деревни Лесной. Появление русских было совершенно неожиданным: кругом густой лес и болота. Сражение было тяжёлым. От пленения генерала спасла наступившая ночь. Наутро русские обнаружили брошенный лагерь противника, две тысячи обозных телег и восемь тысяч убитых солдат. Пётр распорядился, чтобы «о славной виктории» были извещены все иностранные послы в Москве. Карл XII получил сообщение о разгроме обоза 1 октября и не поверил в случившееся. Но 12 октября в его ставке появился сам Левенгаупт, при нём было 6700 солдат, которые скорее напоминали бродяг-оборванцев.
