Папа Евгений покинет мир 23 февраля 1447 года. На смертном одре он выразит сожаление, что оставил монастырь и согласился принять на себя власть первосвященника, полную волнений и соблазнов…
А епископ Марк Евгеник, чудом избежав суда, которым его собирались судить во Флоренции за неповиновение, вернется в Константинополь. Вокруг него сплотятся все, кто был возмущен подписанной унией. Таких найдется много, и благодаря усилиям Марка их становилось все больше. Марк будет арестован, два года проведет в заключении, продолжая слать оттуда письма своим сторонникам. Даже на смертном одре он произнесет речь, наполненную призывами против униатов.
23 июля 1444 года епископ Марк отойдет ко Господу.
Вскоре большинством восточных церквей уния будет отвергнута.
Но и дни Империи были уже сочтены. Победа под Варной придаст сельджукам уверенности, и 29 мая 1453 года войска султана Мехмеда Второго захватят Константинополь.
Он был нищ. Он, наследный правитель Сербии, правнук византийского императора Матфея, был нищ и бездомен. Но это было не самое горькое.
Он, деспот Стефан Брáнкович, был слеп.
Вокруг него шла жизнь.
Он не видит вольный полет птиц.
Он не видит изумрудные вершины Златибора. Он не видит обширность лугов и простор полей под Смедерево.
Он – ничего – не – видит.
Это из «Слова любви», написанного дядей его отца, Георгия Бранковича, князем Стефаном Лазаревичем, в честь которого его и назвали Стефаном. Между Стефаном и Георгием тогда война шла: обычное для сербских князей дело.
Но главной бедой были турки.
Битва на Косовом поле 1389 года была концом независимой Сербии – Сербска деспотовина стала вассалом турецких султанов. Зажатая между Османским царством и Венгерским королевством, она уже не имела своего твердого голоса.
Но Стефан Лазаревич отдалил окончательное падение Сербии, при нем она даже окрепла и процвела. Серебро, добываемое в рудниках Сребреницы и Ново Брдо, и искусная дипломатия, которую вел Стефан, сделали свое дело. Время его правления было спокойным – насколько в Сербии возможен покой. В Белград стекались художники и книгописцы, бежавшие от турецкого нашествия, и сам князь Стефан был искусный книжник и стихотворец.
Богат и даровит был Стефан Лазаревич. И Георгий Бранкович, правивший после Стефана, был еще богат. Построил новую столицу на стечении Дуная и Моравы – Смедерево.
А он, внучатый племянник Стефана Лазаревича, сын Георгия Бранковича – нищ и бездомен. Что же осталось у него? Любовь.
– Любовь есть мать всех благ, она одна содержит в себе все наши совершенства…
Она была его глазами.
Ее глазами он видит вольный полет птиц. Ее глубокими глазами он видит вершины гор и обширность лугов. Ее глубокими синими глазами он видит небо и тонкие излияния воздуха.
Ее имя означает «вестница».
Она приносит ему весть об этом мире. Она рассказывает ему, как горит по утрам роса на высокой траве. Она доносит ему, как выглядят люди вокруг, во что они одеты и как ходят. Описывает ему те места, где они останавливаются в своей бездомной и кочевой жизни.
Благодаря ее глазам он знает каждую комнату, каждую ступеньку, каждую трещину в стене. По вечерам он читает ее глазами Священное Писание или Златоуста.
Помолившись, они ложатся, и он тихо целует ее глаза. Все, что у него осталось.
Его имя означает «венец».
У его дяди, Стефана Лазаревича, это был венец из поздних осенних роз. У него, Стефана Бранковича, это венец из терний, с длинными черными шипами.
Он был сыном деспота Георгия Бранковича и греческой принцессы Ирины. «Проклятой Ирины», как ее называли в народе.
Его отец разрывался между турками с юга и Венгрией и Польшей с севера, примыкая то к одним, то к другим. Его мать строила крепости, облагая города тяжелой податью. Ее ненавидели – за эти подати, за греческие обычаи, за двух ее братьев, занимавших первые места в государстве.
