Наблюдающий за Тамплем грек Христофулос отметил для себя: к воротам подъехал экипаж, из которого двое мужчин (один из них — старик с седой длинной бородой) вытащили, как куль, сонную девушку (Алессандра?) и вошли внутрь; странно? — что бы это значило? А Раймонд в это время уже хлопотал возле супруги Виченцо Тропези, доведя ее до покоев и укладывая, слабо сопротивляющуюся, в постель. На секунду она пришла в сознание, посмотрела на Раймонда, фыркнула и строго спросила:
— Что ты здесь делаешь? Где Виченцо? — и тотчас же снова закрыла глаза, натянув одеяло до подбородка.
— Спи, ласточка! — мягко сказал Раймонд, задергивая в комнате шторы. Потом он вернулся а зал, где уже сидели Кретьен де Труа и Симон Руши и рассказывали свою историю.
— …рискуя жизнью, мы вытащили ее из лап жутких убийц, с пальцев которых стекала алая кровь, — образно, как и все поэты, говорил Кретьен де Труа. — Я пронзил своим мечом пятерых, а остальные пустились в бегство. Тогда мы спрятали ее в укромном месте, а затем поспешили сюда. Но за нами продолжали следить всю дорогу, и возможно, следят до сих пор.
— О, да! — важно подтвердил Руши, гладя свою длинную бороду и вырывая из нее волоски.
— Виченцо сойдет с ума, не найдя Алессандру, — проговорил Гуго де Пейн.
— Мы не знали, что они в тюрьме, иначе бы постарались их освободить, — сказал трувер.
— Думаю, они и сами скоро освободятся, — заметил Раймонд. — Кстати, по дороге из Яффы нам встретился наш общий друг Андре де Монбар, — произнес Руши. — Он торопился в город, чтобы помочь Бизолю и остальным.
— Надеюсь, он донесет до Виченцо весточку, что его супруга жива и здорова, — сказал де Пейн. — А пока, будьте моими гостями. Живите в Тампле сколько вам заблагорассудится. Здесь вас никто не тронет.
— На это мы и рассчитывали! — радостно откликнулись оба. — В этих проклятых гостиницах столько клопов, — добавил Кретьен и, взглянув на Руши, усмехнулся: — И тафуров.
— К сожалению, я не могу пригласить вас на экскурсию по городу: сижу, знаете ли, под домашним арестом. Но Раймонд в вашем полном распоряжении.
— Это без меня! — поспешно отозвался Руши. — Что-то у меня нет особой охоты…
— А я, пожалуй, с удовольствием навещу своего старого приятеля — Фуше Шартрского, сказал Кретьен. Поди, все пишет и пишет, старый дуралей? Да, кстати, — предупредил он, — было бы хорошо, если бы возле Алессандры, когда она проснется, находилось бы какое-нибудь знакомое лицо, а то она, видите ли, имеет привычку по всякому поводу хвататься за меч.
— Раймонд, побудь пока с ней, — произнес Гуго де Пейн.
— Хорошо! — согласился оруженосец, а его щеки, покрытые легким пушком предательски вспыхнули.
Четыре всадника, вырвавшись с тюремного двора, прежде всего понеслись к домику Виченцо и Алессандры. Но дом стоял пустой и заколоченный и не подавал признаков жизни. Взломав дверь, Бизоль и Виченцо проникли внутрь, тщетно пытаясь отыскать хоть какие-нибудь следы Сандры. Уже покидая дом, они услышали в подвале какой-то шорох. Ринувшись туда, они вытащили на свет совершенно обалдевшего и окосевшего еще больше оруженосца Нивара.
— Радость-то какая! — заплетающимся языком выговорил он. А я как спрятался тут, так и просидел два дня, и он приложился к огромной, прихваченной им из подвала бутыли.
Бизоль щелкнул его по лбу, чтобы он немного протрезвел.
— Поехали! — сказал он. — Нам здесь нельзя оставаться.
— А Сандра? — спросил Виченцо.
— Скорее! — поторопили их Жак Греналь и Роже. — Сюда могут в любую минуту нагрянуть стражники.
Вскочив на коней (Роже усадил Нивара за своей спиной), рыцари поторопились к черте города, чтобы скрыться в ближайшем лесе, и не торопясь обсудить — что делать дальше?
Расположившись на опушке, они немного отдохнули и поразмыслили. Обратно в Яффу им соваться нельзя. Если Сандра сумела ускользнуть, то она могла отправиться только в Иерусалим, в Тампль, где была их центральная база.
— Возвращаемся к де Пейну, предложил Бизоль. — И не раскисай, Виченцо!
— Нет, — возразил Тропези. Если ее похитил Чекко Кавальканти, то он попытается вывезти Сандру из Палестины. Надо перекрыть ему все пути.
— Нас слишком мало, — произнес Роже. — Бизоль прав, надо собрать людей в Тампле.
— Я еду в Акру, — твердо сказал Виченцо. — Чекко непременно проследует через нее.
— Ну тогда и я с тобой, — согласился Бизоль. — Если мы не отыщем их следы там, то мой приятель — наместник Триполи, князь Россаль, — закроет дорогу на Константинополь. Но как его предупредить?
— До Триполи я могу вывести вас кратчайшим путем, — вставил Жак Греналь. По нашим, разбойничьим тропам. Но это опасно. Кроме того, я не хотел бы появляться ни в Акре, ни в Яффе, ни в Иерусалиме, один черт, везде повесят!
— Может быть, где-нибудь натолкнемся и на Этьена Лабе, — поддержал его Роже.
— Ну, разумеется, — согласился Греналь.
— Итак, решено — в Триполи! — закончил спор Бизоль, прихлопнув усевшуюся на лоб все еще пьяного Нивара муху.
