крепость "золотого века" древней Грузии, пещерный город Вардзиа - детище Георгия
III и Тамар, крайний пост на юге, обитель двадцати тысяч воинов; вьется дальше
серебристая лента Куры, а над ней, на величественном утесе, встает Зеда-Тмогви,
легендарный город-крепость; сужается ущелье Куры - и уже высится многобашенный
замок Хертвиси, глухо рокочет Кура - и вздымаются зубчатые стены Аспиндзы,
перепрыгивает Кура через валуны - и сторожит путь воды мрачная громада Ацхури,
многостенного замка. Все дальше стремится Кура - и тянутся по береговым скалам
замки грозной линии укреплений: вот Моцкеви, вот Гогиас-цихе, Петриас-цихе...
Грозная линия укреплений! Из века в век народ возводил тебя, стремясь оборонить
долины и горы, города и деревни Грузии. На цепях вздымали огромные мраморные
плиты, железо, каменные столбы, надрывались, слагали песни, срывались в бездну,
смехом заглушали стон. И не владеть бы врагу ни городами, ни крепостями, ни
замками, ни дорогами, если бы из века в век грузинские владетели не скрещивали
друг с другом мечи, междоусобицами расслабляя страну и дробя Грузию, как
камнебоец - щебень. А разве не раздорами князей воспользовались еще в XIV веке
румские турки и вновь стали совершать набеги и разорять Месхети, забыв, как
Давид Строитель, сокрушив могущество турок, прочно засевших в стране, мечом
изгнал их из Грузии? И вот пробегают века, и все меньше становится соединенных
сил в стране. Так, в дыму распрей, феодалы изменнически проглядели Самцхе-
Саатабаго!
А потом?.. Турецкие султаны, покончив с Константинополем, бросили свои
орды и на Месхети, проникнув в область через Басиан и Кларджети. Предоставленные
самим себе, месхо-грузинские атабаги не могли отразить варваров. Стамбул
стремился завладеть ключом крепостных твердынь Южной Грузии, но не дремал и
Иран. Попеременно вторгались в Самцхе-Саатабаго то тысячи сарбазов, то орды
янычар. А атабаги? Те же князья! Опасаясь призвать на помощь грузинских царей,
могущих лишить их после совместной победы самостоятельности, обращались тоже
попеременно за покровительством то к шаху, то к султану. Гремело оружие, текла
кровь. Упрекая атабагов в вероломстве, ханы и паши все больше проникали в глубь
ущелья Куры. Из рук в руки переходили Вардзия, Зеда-Тмогви, Ацхури, Хертвиси.
Потом Иран и Турция, кажется в 243 году XIV круга хроникона*, под шум княжеских
междоусобиц разделили добычу: лев выдрал из пасти босфорского хищника лучшие
куски, а хищник, нацелив на льва острые рога полумесяца, отторг у Ирана запад
края - Тао, Шавшети, Кларджети.
______________
* 1555 год.
Но султан не угомонился, он подкупал местных владетелей и сталкивал их в
бесконечных войнах. И снова разрушались замки, пылали деревни. Клевали коршуны
сердце Саатабаго.
Что потом?.. Шах и султан снова в 278 году XIV круга хроникона* саблями
выкроили судьбу Самцхе-Саатабаго. Иран признал власть Турции над Месхети. Отныне
тут царствовал произвол, тут делили тигровую шкуру, тут распоясалась алчность,
тут свободолюбивого месха стремились превратить в раба. Были и такие атабаги,
как Манучар I, ревностно стремились они оградить страну от отуречивания. Но не
сдержать ураган тростником. Турецкие порядки и обычаи - осмалоба - внедрялись
ятаганом. И лишь грузинское крестьянство упорно боролось за картвелоба - вековые
свои обычаи. Кровавый полумесяц зловеще поблескивал в зеленом тумане ущелья.
Отходили от Самцхе-Саатабаго грузинские мтавари, тавады, азнауры,
церковномонастырские владыки. Гремели турецкие тулумбасы, взлетали бунчуки.
Надвигался мраком чужого мира ислам. Оседали турецкие паши, санджак-беки, алай-
беки, сипахи, джаме. Крестьян, отвергших магометанство, душили арканом
непосильных налогов; тавадов и азнауров, если и оставляли им землю, принуждали
надевать фески. Рушились храмы, воздвигались мечети. И атабаг Манучар II,
принявший меч правителя Самцхе в 302 году XIV круга хроникона**, уже
безоговорочно признавал над собой власть "падишаха вселенной". Но шах Аббас,
стремясь поработить Картли, не отступал от желания захватить Самцхе-Саатабаго и
этим отодвинуть турецкую границу. Стамбул свирепел и сплетал, как паутину,
последний план "полновластного подчинения".
______________
* 1590 год.
** 1614 год.
Наконец султан решил окончательно покорить Самцхе-Саатабаго...
Через хребты Аджары повел Сафар-паша орды янычар и предстал перед
стольным городом Самцхе-Саатабаго. Двадцать три дня продолжалась осада цитадели.
Били беспрестанно пушки, окутывая пороховым дымом башни и стены. Янычары
остервенело кидались на цитадель. Двадцать три дня не сдавалось знамя Месхети.
Свинец и стрела с неистовой силой поражали лежащего на зеленом поле
чернопятнистого джейрана с загнутыми рогами, который цепко держал белый стяг,
увенчанный крестом и мечом, сверкающим между двух звезд. На двадцать четвертый
день медленно склонилось смертельно раненное знамя Месхети, и над Ахалцихе,
словно ночь Стамбула, нависло зеленое знамя с полумесяцем. Довольный султан в
награду за взятие главной крепости Самцхе поспешил сделать Сафар-пашу
наследственным пашой Ахалцихе. Так окончательно перешли к туркам земли Ахалцихе,
