Судьба «Бетховенского фриза» складывалась необычно. Перед открытием своей 14-й выставки участники сецессиона решили выставить его, но затем почему-то передумали. Произведение Климта перешло в руки частного коллекционера и сделалось недоступным широкой публике. В 1970 году его нашло и выкупило австрийское государство. После проведения реставрационных работ оно вернулось наконец на свое законное место.
Если вы пойдете по левой стороне Кертнерштрассе, двигаясь мимо магазинов к собору, то наверняка заметите на одном из домов буквы W. W. Они означают Wiener Werkstatte — Венские мастерские — и являются визитной карточкой югенд-стиля.
WW (для краткости мы будем пользоваться этой аббревиатурой) появились на Грабене 19 мая 1903 года, в то время, когда Вена еще не отошла от потрясения, вызванного постановкой оперы «Тристан и Изольда», которой дирижировал Малер. Имя Рихарда Вагнера не было для Вены совсем уж новым. Например, Малер, родившийся в 1860 году, им восхищался, что не помешало ему принять вызов, брошенный организатором музыкального фестиваля в Байройте. По его мнению, после Бетховена писать симфонии стало невозможно, ведь «симфония должна быть всеобъемлющей, как Вселенная». Малер — один из лучших представителей романтизма — в свое время считался гениальным дирижером. Он внимательно изучал каждую мизансцену, а исполнителей главных партий подбирал не только по голосам, но и по способностям к перевоплощению в тот или иной сценический образ. Он буквально властвовал над венской оперной сценой, способствуя осуществлению еще одной революции, на сей раз в музыке. Ее выразителями были Берг и Веберн, работавшие над техникой додекафонии и считавшие, что музыка вслед за живописью должна перестать быть фигуративным искусством. Малер с интересом следил за деятельностью Сецессиона и поддерживал идеи модерна. Его жена Альма Шиндлер была дочерью художника, работавшего в одной мастерской с Гансом Макартом, хотя впоследствии ее мать вышла замуж за сецессиониста Карла Молла… Когда Малер, перебравшийся в Нью-Йорк, тяжело заболел, он попросил, чтобы его перевезли в Вену. Он хотел умереть в родном городе. И действительно, он скончался через пять дней после возвращения. Оркестр оперного театра почтил его память минутой молчания.
В WW трудились два невероятно одаренных друга, в равной мере убежденные, что красота должна присутствовать и в самых обычных бытовых вещах. Можно сказать, что они в каком-то смысле восприняли принципы Отто Вагнера и постарались применить их в повседневной жизни — по примеру владельца кафе «Нигилизм», заказавшего стулья у известного мебельщика и, как мы сказали бы сегодня, дизайнера Михаэля Тонета. Йозеф Хоффман и Коломан Мозер категорически не соглашались с установкой, согласно которой красивые вещи должны быть доступны только элите, тогда как масса «простых людей» должна довольствоваться уродливыми.
Вплоть до 1907 года участники WW занимались архитектурой, керамикой и другими видами декоративно-прикладного искусства. В соответствии со статьей 3 устава Мастерских, они не допускали промышленного изготовления продукции и настаивали на том, что каждая вещь, изготовленная в стенах WW, есть плод трудов художников и ремесленников, умеющих сочетать красоту с пользой. Это тоже была своего рода революция! Коломан Мозер, родившийся в 1868 году, всех, кто его знал, поражал своими разносторонними дарованиями. Он мог с одинаковым блеском написать лесной пейзаж или полотно в стиле Боттичелли, смастерить столик черного дерева или кресло, изготовить гравюру или картон для витража. В мастерские съезжалась публика с разных концов города, включая округа, присоединенные недавно, в 1904 году — 20-й и 21-й, расположенные на другом берегу Дуная.
В культурной жизни столицы едва ли не каждый день происходило новое яркое событие. 30 декабря 1905 года театр «Ан дер Вин» был заполнен до отказа. Причина — премьера оперетты Франца Легара «Веселая вдова». Выдающийся композитор, автор столь «венских» мелодий, венгр по национальности, он хорошо знал этот театр и в 1901 году дирижировал его оркестром. Партию главной героини исполнила Мицци Гюнтер. Это был триумф. Артур Шницлер, видевший ее на сцене, писал: «Если бы кому-нибудь пришло в голову изваять статую оперетты, ей следовало бы придать черты Мицци Гюнтер». К 1920 году артистка выступила в роли Ганны Главари более 700 раз!
