Десять дней спустя Талейран сообщил Изабе, что Людовик XVIII наградил его крестом Почетного Легиона. Его Величество король поступил практически так же, как любил поступать Его Величество император. Да и сама награда, если вспомнить, была учреждена как раз Наполеоном… Императором Наполеоном, судьба которого горячо обсуждалась на Конгрессе, как будто его участники заранее догадывались, что ссылка на Эльбе будет лишь этапом его изгнания. Меттерних и Талейран скрестили шпаги. Австрийский министр пытается обострить противостояние между Россией, претендующей на расширение территории за счет Польши, и Пруссией, которая зарится на земли Саксонии. Талейран играет на противоречиях между Австрией и Англией — обе державы стремятся к установлению в Европе равновесия, беда лишь в том, что в Вене и в Лондоне понимают его по-разному. За кулисами переговоров действует агент Наполеона — Киприани. От своих венских источников он узнаёт, что Европа, четыре месяца назад объединившаяся против Наполеона, теперь снова разобщена — все делят плоды победы. Шпионы Бонапарта узнали, что англичане предлагают переправить его с Эльбы на остров Святой Елены. Это известие заставляет низложенного императора ускорить осуществление своих планов по возвращению к власти. Кроме того, у него появляется еще один повод оспорить свою участь.
15 февраля 1815 года русский царь задает Талейрану вопрос: почему Франция не исполняет подписанный и апреля договор, согласно которому Людовик XVIII должен ежегодно выплачивать Наполеону два миллиона франков ренты. Александр I, всегда относившийся к французскому императору как к брату (несмотря на то, что с ним воевал), крайне недоволен скупостью Бурбона.
— Мы вынуждены требовать исполнения Парижского договора — для нас это вопрос чести, и мы от своего не отступимся. Император Австрии настаивает на этом не меньше моего и, поверьте, так же, как и я, чувствует себя оскорбленным.
Талейран в замешательстве. Ему прекрасно известно, что Людовик XVIII и его министры не намерены платить оговоренную сумму. Так же хорошо ему известно, что участники Конгресса сурово осуждают Францию за жадность. Наполеон, всегда крайне щепетильный в денежных вопросах, терпеть не мог долгов и теперь имел полное право счесть себя обманутым. Весьма прискорбно, что король Франции и Наварры не исполняет взятых на себя обязательств… В какой-то момент у Талейрана возникает дерзкая до безумия мысль: потребовать, чтобы ренту изгнаннику выплачивала… Англия! Тем временем лорд Каслри отбыл в Лондон для участия в важной парламентской сессии. С согласия премьер-министра он назначил своим преемником посла Англии в Париже герцога Веллингтона. Вечером I февраля тот прибывает в Вену. Его приезд встречен с восторгом. Во-первых, последуют новые балы и приемы; во-вторых, талантливый полководец сможет оказать противодействие русскому царю. Разве не он освободил Испанию и Польшу? Разве не он за шесть лет разбил всех наполеоновских маршалов? Разве не он, действуя в Индии, проявил блестящий талант дипломата, столь редкий для человека военной закалки?
И правда, появление в Вене Веллингтона произвело сенсацию. С его появлением все, что происходило в последние пять месяцев, становится неинтересным. Каждому хочется увидеть, потрогать, а главное — послушать этого упрямого англичанина, родившегося в Ирландии, сумевшего победить гения артиллерии Бонапарта и навязать корсиканцу унизительное отступление с Иберийского полуострова. В первый же вечер, когда становится известно, что герцог будет на балу-маскараде в Хофбурге вместе с дамой в маске и лордом Каслри, прощающимся с Веной, в зале собирается целая толпа — восемь тысяч человек. Прием проходит в Большом Редутном зале. На помосте — оркестр, исполняющий недавно написанную «Седьмую симфонию» Бетховена и его же сочинение под красноречивым названием «Победа Веллингтона, или Битва при Виттории», начинающееся с громовой барабанной дроби. Даже на тугого на ухо царя эта музыка произвела впечатление. В Музее Вены хранится гравюра одного из пионеров стиля бидермейер Карла Шульца, изображающая этот вечер. Тут и там заключаются пари: какие требования предъявит остальным британец? Талейран спешит навести справки: успел ли герцог нанести все визиты согласно протоколу? Выясняется, что нет, не успел. Австрийский император болен (простудился в соборе Святого Стефана); король Пруссии перепутал назначенный им же час и опоздал, задержавшись в мастерской Изабе, где наблюдал за работой художника над миниатюрой графини Юлии Зичи, которую боготворил. Смущенный собственной забывчивостью, Фридрих-Вильгельм Прусский передает Веллингтону через нарочного, что будет ждать его позже у короля Баварии. Но герцог уже оскорбился и отвечает, что больше не располагает свободным временем. Подобные мелкие недоразумения не способствуют успешной работе Конгресса.
